— Не стоит так переживать, малышка, правда. — тихо сказал я, глядя ей в глаза — Ничего страшного со мной не случиться, обещаю.

Туна ничего не ответила, и лишь продолжила смотреть на меня, грустно улыбаясь. Ну твою ж мать, а! Я не долго выдержал её взгляда и в отчаянии, плюхнулся перед алтарём, аккуратно прижав малышку к груди. Мне хотелось что-то сказать, но она меня опередила:

— Леон, ну всё в порядке, правда. — глухо сказала фея мне в жилетку — Я и не думала что ты так остро на это отреагируешь. Я вовсе не хотела тебя расстроить. Мне не стоило ничего говорить. Прости.

Она ещё и извиняется. Б..я-а-а! Теперь я чувствую себя не просто куском, а… даже и не знаю чем. В любом случае так плохо я себя ещё никогда не ощущал. Насколько же сильно я умудрился привязаться к этой малышке?

Мы просидели так минуты две, прежде чем я смог заставить себя её отпустить. Как-бы сильно не упал мой энтузиазм, мне по прежнему были нужны деньги, а значит нужно работать — а значить зачаровать этот грёбаный щит, будь он неладен.

Однако, стоило мне только приступить к работе, как все волнения и переживания быстро отошли на второй план. Ведь, практически впервые с начала игры, я собирался создать по-настоящему достойный лича артефакт. Остальные безделушки я даже в расчёт не беру, а Венег… В общем, там всё понятно. Тот факт, что щит по идее относиться к Свету, меня уже не волновал. Да б. ть, в какой-то момент я даже про волнения феи забыл! Сейчас исполниться моя мечта — воплотятся в реальность те процессы, о которых я грезил всю жизнь, подробнейшим образом описывая их в своей детской книге, гордо именуемой мной «Некрономикон»!

В первую очередь я натянул на артефакт снятую со среза ползуна кожу. На внутреннею сторону. Эдакий барабан, с зубастой жопой по середине. Чтобы кожа не слезала я скрепил её зубами летучих мышек по всей кромке щита, благо набрал я достаточно. При этом я настолько напитал их энергией, что зубы с лёгкостью пробили металл, чуть-чуть выступив с рабочий поверхности. Уже сейчас будущий артефакт стал выгладить прикольно, а я ведь только начал!

Следом шли кисти с рук ползунов. Я срезал с них два пальца, вместе с фалангами: мизинец и безымянный, а также слегка подправил положение большого. Получилась очень своеобразная «птичья лапа». Девять таких «лап» я также расставил по кромке, запихав запястья под натянутую кожу. Сделав на ладонях "лап" разрезы я вложил в них по крысиному сердцу, обмотав его сосудами от засунутых туда же глаз. Тоже крысиных. По три моргалки на каждую кисть. Рёбра несчастных грызунов, играли роль «ресничек».