То ли непрошенных гостей. А скорее всего всё сразу.

— Куда нам вообще идти? — крикнул Уилл, и тут же закашлялся, вдохнув испарения, поднимающиеся от котлов. Посох Деи вспыхнул, и нас окутала мерцающая дымка. Видимость сквозь неё была чуть хуже, зато она позволяла нормально дышать.

— Наверх, — коротко ответила жрица.

Я поднял голову и прищурился — под самым потолком необъятного зала плавильни промелькнул отблеск стекла. Окно для наблюдения за производством, вероятнее всего — из кабинета начальника фабрики. Или некого мятежного механика, исполняющего его обязанности.

Дея уверенно шагнула на один из мостиков, в конце которого виднелась винтовая лестница, ведущая на уровень выше. Казалось, что конструкция прогибается даже под нашим совместным весом, и непонятно, как по ней перемещались тяжеленные автоматоны. Скорее всего мостики сохранились с тех времён, когда здесь работало больше людей, чем машин.

Мы успели добраться примерно до середины зала, когда из-за наших спин раздался треск ломающейся древесины — это сдался засов на двери. Я надеялся, что механические болваны вывалятся на площадку всей толпой, и часть тут же окажется спихнута в ближайший котёл, но этого, увы, не произошло. Вперёд выдвинулись два стража, вместо обычных молотов и щитов вооружённые чем-то вроде здоровенных гарпунных пушек. Дея развернулась, готовая отразить атаку, но их выстрелы предназначались не нам напрямую. Гарпуны просвистели мимо, пробив как картон массивную деревянную балку, проходящую над нашим мостиком в десятке метров впереди. За ними до самой платформы потянулись не верёвки — настоящие канаты толщиной в мою ногу. В следующую секунду они натянулись, укреплённые на платформе, и тут же прогнулись под массой двух стражей, которые отправились за нами в погоню, перебирая по канатам руками. Для своих габаритов они перемещались с совершенно пугающей скоростью.

— Да вы шутите, — процедила сквозь зубы Дея, поднимая посох. Голубая молния сорвалась с его навершия и ударила в одного из преследователей. Урона тот получил немного, но секундный шок заставил разжать железные пальцы, и их обладатель отправился в короткое путешествие до котла снизу.

Я не стал дожидаться приказа и выдохнул короткую струю мастерского «Языка саламандры» в сторону соседнего каната. Сперва тот лишь слегка обуглился, заставив сердце уйти в пятки, но затем над ним всплыла алая надпись — «испепеление». Десять процентов — не бог весть что, но должно же у меня сегодня хоть что-то получиться? Канат оборвался, отправив в соседний котёл второго автоматона.