После пути через гору к перевалу у меня начала разиваться снежная слепота. Глаза жгло, и они слезились на свету, зрение заметно просело. Зато я обнаружил, что в таком состоянии могу различать словно бы колебания эфира в некоторых местах в виде завихрений или неподвижных столбов. Некоторые области выглядели затемненными или наоборот выбеленными. Должно быть, повышенная Интуиция в сочетании со свойствами шляпы давали возможность немного заглянуть в изнанку игрового мира. А возможно, все дело было в том, что мой мозг сейчас функционировал где-то далеко сам по себе, не имея связи со мной теперешним. Я различил затененное неровное пятно на поверхности снега диаметром метра три.

– Нельзя туда, надо обходить, – пояснила Шая.

Мы лишь только начали движение в обход, как из-под снега в нашу сторону выметнулись несколько омерзительных синюшных щупальцев, стегнув по земле буквально в полуметре от нас. Из образовавшейся ямы раздался дикий визг. Посох был у меня в руках, поэтому я ударил Хаосом, рассудив, что снежным тварям магия холода вреда не нанесет.

– Бежим, – выдохнул я, хотя насчет бега сильно преувеличил – пальцы на ногах совсем не чувствовались.

Визг словно послужил сигналом для запуска цепной реакции. Еще в нескольких местах сугробы взорвались фонтанами ледяного крошева. Своим вторым зрением я видел, что под толщей снега к нам движутся неведомые твари. Двигались они не быстро, но и мы бежали на пределе сил. А потом я услышал, что над долиной тут и там разносятся крики, визги и стоны разбуженных нами чудовищ.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я понял, что нас загоняют, словно дичь под выстрел охотника. Остановился, тяжело дыша, Шая тоже плюхнулась в снег. Позади из морозных сумерек выступили несколько высоких темных теней и остановились в ожидании. Я не различал, что это за существа, но от них просто исходило ощущение неестественного запредельного ужаса. Они стояли и ждали, пока мы пойдем дальше вперед, где уже совсем недалеко высоко над головами возвышались три высеченные из камня Девы.

– Идем, – я взял девочку за руку и помог ей подняться.

Возле первого каменного подножия я вновь достал компас, его картушка медленно вращалась вокруг оси. И что, это все? Конец пути? Компас мертвого капитана не вел ни к какому древнему городу. «Спасибо» тебе, домовой, козел тебя понюхай. Я размахнулся… и убрал компас в инвентарь, передумав в последний миг. Прибор и раньше чудил, а пока я жив, ничего не закончилось.

Подножие ближайшей статуи было испещрено письменами на все том же мертвом изначальном языке, другие изваяния уже скрыла вечерняя мгла.