Стася посмотрела мне в глаза с каким-то выражением грусти.

— Вить, могу. Более того, у меня такая мысль уже проскальзывала в голове, но… Знаешь поговорку «насильно мил не будешь»? Я хочу, чтобы твоя верность и любовь ко мне были искренними, а не приказными.

— Мам, привет!

— Привет! Стася, здравствуй.

— Здравствуйте… Вы не будете против, если я буду присутствовать на Витиной церемонии сватовства и свадьбе?

— Да нет, конечно же, только, Стася, это затянется до очень поздней ночи, учти это.

— А я уже позвонила своим родителям и предупредила, что буду очень поздно, а, возможно…

Стася внезапно замялась и покраснела, впрочем, мама тут же все поняла.

— Не вопрос, я тебе постелю на диване, оставайся у нас.

Едва я лишь улегся в капсулу и погрузился в игру, как буквально тут же меня перехватил боярин Орлов.

— Княже, есть дело спешное, промедления не терпящее!

— Что случилось, боярин? — немного сопротивляясь его напору и попыткам тащить меня за рукав, спросил я.

— Гости у нас важные, высокие, пред которыми негоже в затрапезной одежке быть Князю ясновельможному.

— Так, стоять! — резко дернув свой рукав, торможу я спешащего боярина. — Я в своем Замке или где? Это я должен перед кем-то там стараться выглядеть красивым, или им надо быть поярче да по привлекательнее? Они ко мне свататься приехали, или я к ним? Давай, заглянем на кузню, я руки и лицо вымажу сажей, вроде как от важного дела меня отвлекли.

— Дык, эта… Батюшка, как же енто так? — опешил боярин, тем не менее, добросовестно следуя за своим князем. — Чай, не холопа какого женим, нашего Повелителя!

— Вот-вот, правильно, Повелителя. Так кто тут кем повелевать должен, а?

Заглянув к кузнецу, я быстрым движением измазал руки в саже, нанес пару мазков себе на щеки и лоб, и в таком виде, сопровождаемый полуобморочным Орловым, двинулся в сторону приемного зала своего Дворца.