— Посол Великого Леса, раса светлых эльфов, и Ее Высочество, принцесса Лютилинель, из рода Березы!

— Мощный ветер гнет травы, а вода точит камни, сильный духом да будет, вечно славен в веках, и да множится род наш, как судьба нам назначила, чтоб враги наши сгинули мигом во тьмах. Прими же ты, о Князь, Витя Рюрикич, в стенах своего Замка род, что раскинул свои ветви, подобно пышной кроне материнского Меллорна белокорого. Да будет позволено нам вознести хвалу и почесть столь великому и славному правителю, ради которого ломаются, словно молодые деревья под сильным ветром, вековые устои, когда, равный юному оленю, стремится юноша к деве юной, дабы принести и возложить к ногам ее дары заметные и необычные! Да будет равен взбаламученному илу на дне реки порядок, ибо привели мы к тебе дар расы нашей, дочь народа нашего и рода великого, светлоликую и прекрасную, как цветок астральной розы, что видим лишь чистым духом и помыслами, несравненную Лютилинель, чьи ноги не гнут под собой трав в лунную ночь, а волосы, будучи распущенными, волнуются и колышутся от лучей солнца светозарного. Чье дыханье подобно дуновению легчайшего освежающего ветерка посреди летнего жаркого дня. Ее взгляд, словно роса, омывает и освежает все, на что попадет…

— ГРРР!!!! — раздался откуда-то из-за спин стоявших рык. — Ты сказать своя прынцесса, она не сметь смотреть на нашу Ыгуру! Мыть не сметь, выдумать такое! Дождь идти, его хватать на всех!

— Неужели твой разум столь сильно иссушила жажда, что ты, Княже, готов столь неразборчиво, словно зверь дикий во время Великой Засухи, припадать к первому попавшемуся источнику неги и наслаждения? — недоуменно изогнул бровь посол эльфов. — Ужели честь великая, познать величие рода нашего через воссоединение узами брака священного, не является достаточной наградой, дабы отринул ты прочие предложения и изгнал с земель своих девиц иных?

— По крайней мере, наша Ыгура мочь подать напиться хоть бочонок вина, хоть кадка вода, не то, что твоя Лют… эта, Ель, короче. Что она там мочь подать? Чашку, или глоток в ладошка? Единственная великая честь, это восседать во главе стола с сильными воинами, да мудрыми шаманами, пить пиво из чаш-черепов врагов своих, руками своими побужд… пробужд… гррр? ГРР!!!

— Прекратите! — рявкнул я, сильно хлопнув ладонью по ручке трона. — Разве посольство орков получало грамоту на право перебивать других говорящих?

— Перебить? Кого надо перебить? Князь, ты — говорить, мы — делом доказывать верность наш род и право Ыгуры быть твой жена! Право? Орки иметь право перебивать свои враги от рождения!