– Что за глупости? – нахмурился Марко. – Кто им позволил врываться в дом герцога?

– Так бумаги у них, подписанные его величеством, – взволнованно сказала майресса.

Предчувствие усилилось, и он незаметно поправил висящий на поясе стилет. Выходит, происки Монтено все-таки принесли свои плоды.

– Ничего не понимаю, – пробормотал Марко. – Где они сейчас?

– В гостиной. Все ковры своими сапожищами грязными затоптали.

Абьери посмотрел на друга и едва заметно качнул головой. Ему не хотелось обсуждать подробности при Алессии, но было уже поздно.

– Дознаватели собираются вас арестовать? – В обращенных на него янтарных глазах застыла тревога. Мадонна, только этого не хватало!

– Успокойся, мое сердце, – как можно мягче улыбнулся он своей женщине и нежно погладил ее запястье. – Никто никого арестовывать не будет. Это обычный визит.

– Сандро, тебе лучше пока не показываться. Давай я выясню, что им нужно?

– Нет. Я сам, – твердо сказал Абьери и повернулся к майрессе. – Ньора Альда, проводите ньору Алессию в ее покои. И проследите, чтобы ньоре принесли еду.

Он позволил себе коснуться мягких губ, но тут же отстранился и пошел к дверям гостиной, раздумывая, с чем пожаловали ищейки императора.

Марко двинулся следом.

– Монтено? Что-то зачастили вы в Навере, – Абьери посмотрел на главного дознавателя и обвел взглядом заполнивших комнату дознавателей. Сидят, распивают его лучшее вино, поглядывают свысока.

Внутри полыхнул гнев. Вышвырнуть бы зарвавшихся служек императора одного за другим прямо в открытое окно. А потом спустить на них псов, чтобы бежали из Навере без оглядки.

Видимо, Марко почувствовал его кровожадные мысли и незаметно коснулся плеча.

Друг зря беспокоился. Он умел скрывать свои истинные чувства. Да и выгонять дознавателей бесполезно. Эти если уж появились, то без добычи в зубах не уйдут. Выполнят приказ хозяина, как угодливые шавки.

– Ньор герцог, – развалившийся в кресле Монтено посмотрел на него в упор, и подозрения Абьери окрепли.

Это не просто визит. Пришли за ним.

– Против вас выдвинуты обвинения в смерти Джунио Скала, – не отводя взгляда, заявил главный дознаватель.

Монтено не соизволил встать, только кубок с вином на стол поставил, и Алессандро прищурился, рассматривая давнего знакомого. Изменился Беппе. От худого, заморенного паренька, каким он помнил того в молодости, ничего не осталось. Разве что оскал, как у хорька, прежний.