— Моя госпожа… — он попытался встать, запнулся. Когда Мейсон пришел ему на помощь, он с рычанием отбросил прочь его руки, сумев встать самостоятельно. Он смотрел, как она улетает прочь, словно темная тень на предрассветном небе, сглотнул с трудом, словно горло было набито битым стеклом.

— Моя госпожа.

Я освобождаю тебя от службы мне. Будь счастлив.

— Сукин ты сын, — выругался он, взглянув на Мейсона и заметив, что он снова приближается к нему. В янтарных глазах стояло сочувствие, но он был неумолим.

— Пойдем. Тебе надо уйти с солнца.

Раньше ему это совершенно не приходило в голову, но теперь Джейкоб понял, что становится все жарче. Гораздо жарче. Это неприятное ощущение предупреждало его о скором наступлении рассвета. Он больше никогда не будет наблюдать рассвет, не почувствует его, но мысль, что он может больше никогда не увидеть свою госпожу, затмевала все, делая потерю рассветов не такой значительной.

Нет, он увидит ее снова. Он, черт возьми, научится тому, чему они хотят его научить, изучит все необходимое для того, чтобы ее защитить, воспользуется своими новыми силами и снова ее найдет. Должен. И не только потому, что он любил ее так сильно, что жизнь без нее бессмысленна, а потому, что он был нужен ей, нужен так, как никогда не был нужен никто с того момента, когда она выросла и освоила все свои вампирские возможности.

Она не только потеряла способность принимать свою вампирскую форму. Она пожертвовала своей вампирской кровью, чтобы спасти ему жизнь. С приходом рассвета ей не нужно будет укрываться под землей. Джейкоб стал вампиром, а она полностью трансформировалась в создание из другого мира.

Из-за их мысленной связи или из-за его новых возможностей, наложившихся на его старые, он смог проникнуть в эти ее мысли, запрятанные глубоко в ее подсознании. Она оставалась бессмертной, ее силы и способности ограничивались возможностями ее мускулатуры. Примерно так же, как и силы льва или тигра. Она была быстрой, очень быстрой, но за ней можно было проследить взглядом. Если вампиры об этом узнают, она будет в такой же опасности, как и… простые смертные. Ей не хватит сил бороться даже с не слишком сильным вампиром. Возможно, даже шприц с человеческим транквилизатором может ее обездвижить.

Неизвестно, обладает ли она волшебными способностями, которые могли бы ей помочь, но мысленно она в этом сомневалась. Без этих способностей даже в рядах ее теперешних собратьев она будет считаться одной из самых низших существ. Неприкасаемой.

Она — его госпожа, он должен ее защищать. Должен любить. Он ее не потеряет.