И хуже всего: что, если Давид обо всем узнает? Воспоминание о полном отвращения взгляде Яго, когда он говорил о леди Ирэн, повергло Морвен в ужас.

С другой стороны, убеждала она себя, что такое любовь, если не магия? Она представила себе, каким видела его в последний раз, когда они вместе катались на лошадях в Риджентс-парке: как волосы падали ему на лоб, как у него искрились глаза, как появлялась ямочка, когда он смеялся. Вспомнила острый запах лавровишневой воды, который всегда окружал его, прикосновение его теплой от солнца щеки, когда он на прощание прижимался к щеке Морвен, и внутри у нее все сжалось от тоски.

Давид Селвин стоил любого риска. Стоил того, чтобы воспользоваться магией. Она была так ужасно одинока! И Морвен поклялась себе сделать все, что в ее силах, чтобы он был счастлив.

К тому времени, как Яго вернулся домой, Морвен вела себя беспокойно, как дикая кошка. Он пару раз внимательно взглянул на нее, когда она подавала ужин, а затем мыла посуду.

Яго ничего не сказал, но она весь вечер чувствовала его внимание, будто рука Яго лежала у нее на плече. Морвен притворялась, что читает, пока он работал над затяжками на сапоге, а затем набралась храбрости и довольно рано, пожелав ему спокойной ночи, сбежала в свою спальню. Она переоделась в ночную рубашку, поверх ее накинула халат, чтобы защититься от вечерней прохлады, и погасила лампу, хотя знала, что спать не будет. Через некоторое время она услышала шаги Яго по коридору и щелчок закрывшейся двери его спальни. Шум на улице постепенно сменился тишиной. Туман закрыл звезды и даже здания на противоположной стороне.

Звезды скрылись в тумане, но она слышала колокола церкви Пресвятой Девы Марии. Пробило час ночи, затем два, три, четыре. К тому времени Морвен была уверена, что утренняя звезда уже начала подниматься, хотя этого не было видно из-за густого тумана.

Дрожа от радостного волнения, Морвен зажгла свечу и побрызгала водой, очертив круг. Потом взяла несколько стебельков шалфея и подожгла их. Осторожно, оставаясь в кругу, она обошла вокруг стола – один, два, три раза. Шалфей мягко дымился, наполняя воздух в спальне пряным ароматом. Она положила его на блюдце, чтобы он догорел, и взяла в обе руки зелье.

Держа кувшин над кристаллом, Морвен чувствовала, как звучит в крови и вибрирует в теле магия ее предшественниц. Это было старое и сильное заклинание. Одна эта мысль заставляла ее поступать безрассудно со своей силой.

Она повторила слова трижды по три раза. В кувшине возник водоворот вихрей. В воздухе, размывая мерцание свечи, плавали завитки дыма от тлеющего шалфея. Морвен чувствовала, как между ладонями разрастается энергия. Кристалл полыхал желтым, золотым и красным, как будто был из огня.