Светлый фон

Король ухватил Жанету за плечо и подтолкнул к трону Малахии. Девушка споткнулась и упала к ногам Черного Стервятника.

Малахия наклонился вперед и приподнял ее лицо железным когтем.

– Ты хотела стать королевой, – прошипел он. – А цена власти – кровь. И так было всегда. А знаешь, какая цена за то, чтобы стать подобной богу? Что ж, это смерть. – Он невероятно плавным движением склонил голову набок. – Какое предательство! На такое непостоянство способны лишь те, кто мечтает возвыситься над своим положением и занять место, которое им не принадлежит. – Малахия провел железным когтем по ее щеке.

На лице девушки отразился ужас.

Уголки его рта слегка приподнялись.

– Для королевы больше подходит хитрость. А вот предательство – не тот порок, на который легко закроют глаза. Рассказать тебе один секрет? – Его улыбка стала шире, когда Жанета не ответила. – Мой орден построен на предательстве. Ты отлично сюда впишешься.

Надя видела, как она прошептала «нет» в безмолвном ужасе. Малахия выпрямился и, возвышаясь над ней, лениво махнул рукой Стервятникам в масках, которые тут же схватили девушку.

– Мы принимаем в наш орден не всех, – сказал он. – Но тебе повезло. Тебя выбрали. И я с нетерпением жду твоего следующего, неизбежного предательства, – бросил он вслед кричащей Жанете, которую уволакивали из комнаты.

Надя закрыла глаза.

– Он бы не стал этого делать, – прошептал Рашид.

Вот только он… уже это делал. Он никогда не был замученной жертвой собственного ордена. А любые намеки на это оказались тщательно прорисованной ложью, придуманной, чтобы завоевать ее доверие. Он был последним достижением Стервятников. И нет ничего, чего бы он не сделал, чтобы заполучить желаемое.

Но именно этого и не понимала Надя. Чего он на самом деле желал?

33

33

Серефин Мелески

Серефин Мелески

Своятов Никита Лисов:

Своятов Никита Лисов:

«Клирик бога Крсника отказался от жизни праведного человека и использовал дарованную ему силу для развлечений. И пока церковь выступала против его причисления к лику святых, лишь одна косточка из его пальца помогла переломить ход битвы в шестьсот двадцать пятом году, вспыхнув посреди сражения и уничтожив целый транавийский полк».

«Клирик бога Крсника отказался от жизни праведного человека и использовал дарованную ему силу для развлечений. И пока церковь выступала против его причисления к лику святых, лишь одна косточка из его пальца помогла переломить ход битвы в шестьсот двадцать пятом году, вспыхнув посреди сражения и уничтожив целый транавийский полк».