Мэтью дрожащим голосом выговорил:
– Мы должны вернуться в Безмолвный город. Нужно отвести тебя к Джему…
– Нет, – прошептала Корделия. – Там Джеймсу угрожает какая-то опасность. Лучше отправимся в Институт – или позовем Джема туда…
– Ни за что, – совершенно спокойным голосом сказал Джеймс. – Я никуда не пойду. По крайней мере, здесь, в Лондоне.
– Черт подери, у него уже бред, – простонал Мэтью.
Но Корделия так не думала. Понизив голос, она спросила:
– Джеймс, что ты видишь?
Джеймс поднял руку и указал.
– Там. Между теми двумя деревьями.
И действительно, Джеймс вовсе не бредил. Корделия и Мэтью, присмотревшись, в свою очередь, увидели ее. Все это время Джеймс не сводил взгляда с высокой арки, расположенной между двумя кедрами. Подобно многим надгробиям, арка была выполнена в готическом стиле, но Корделия сразу поняла, что она не имеет никакого отношения к кладбищу. Она была «соткана» из темного света, и там, в проеме, клубился первобытный хаос – они словно смотрели через Портал в бескрайнее пространство вселенной.
– Врата, – произнес Мэтью.
– Именно об этом говорила Ариадна, – прошептала Корделия. – Джеймс… твоя кровь… – Она тряхнула головой. – Не надо. Не ходи туда, прошу тебя. Все это очень плохо выглядит.
Но Джеймс лишь молча отвернулся и зашагал к арке. Приблизившись, он протянул к ней руку – ту, которую расцарапал Кристофер – и сжал пальцы в кулак.
Мускулы напряглись, и несмотря на то, что царапины были неглубокими, на запястье выступили крупные алые капли. На траву потекла кровь. Видение в арке стало более четким, и Корделия узнала мир, который на несколько мгновений предстал перед ней на мосту: небо и земля цвета пепла, деревья, похожие на скелеты.
– Джеймс, – воскликнул Мэтью и бросился к другу. – Стой!
– Я должен это сделать. – Джеймс опустил кровоточившую руку. Глаза его горели, но Корделия не знала, в чем здесь дело – в его твердой решимости или в отраве, которая текла в его жилах. – Мэтью… не трогай меня. Это опасно.
Мэтью, который хотел схватить Джеймса, резко остановился и отдернул руку.
–