Белый камень светился в пальцах Джеймса, бросал на стены тонкие лучи. Когда они достигли нижних ступеней, Джеймс взял Корделию за руку и помог ей спрыгнуть на землю и пройти в какую-то арку. Когда Мэтью спустился в яму, Джеймс снова сжал в кулаке колдовской огонь, чтобы ослабить его свет. Трое Сумеречных охотников застыли, глядя на группу Безмолвных Братьев, которые, шурша желтыми рясами, прошли мимо и скрылись во мраке под соседней аркой.

– Джем сказал, нельзя показываться другим Братьям, – прошептал Джеймс. – Лазарет находится в дальней части Говорящих Звезд. Нужно двигаться быстро и как можно тише.

Корделия и Мэтью кивнули, и все трое вошли в огромное помещение. Вдоль стен тянулись ряды каменных арок в форме замочных скважин, отделанных мрамором и полудрагоценными камнями: тигровым глазом, нефритом, малахитом. В тени арок скрывались мавзолеи, на многих были высечены родовые имена: Рейвенскар, Кросскилл, Лавлэйс.

Они пересекли зал и через некоторое время очутились на просторной площади, выложенной плитами с изображениями мерцающих звезд. На стене, высоко над полом, висел массивный меч цвета потускневшего серебра с крестовиной в виде крыльев ангела.

Меч Смерти. У Корделии чаще забилось сердце. Тот самый меч, который держал в руках ее отец – но этот меч не смог заставить подсудимого сказать правду, потому что Элиас ничего не помнил.

Они миновали площадь и вышли на другое довольно большое открытое пространство. Пол здесь был вымощен грубо вытесанными плитами, с одной стороны виднелись две деревянные двери, с другой – высокая, широкая каменная арка. На дверях были вырезаны руны смерти, мира и безмолвия.

– Назад! – внезапно прошипел Мэтью и, выбросив перед собой руку, оттолкнул Джеймса и Корделию в темноту. Корделия застыла, глядя на Безмолвного Брата, который прошел мимо них к лестнице и скрылся. Кивнув, Джеймс вышел из угла, за ним последовали Мэтью и Корделия. Они нырнули под квадратную каменную арку и вошли в огромную комнату. Потолок поддерживали каменные и деревянные балки. Вдоль голых стен тянулись ряды коек, и на каждой койке лежала неподвижная фигура. Корделия насчитала примерно тридцать больных: молодые и пожилые, мужчины и женщины, они лежали совершенно неподвижно и не издавали ни звука, словно были уже мертвы.

В комнате стояла полная тишина. Кроме больных, никого не было. Корделия прикусила губу.

– Где Джем?

Но Мэтью увидел знакомую фигуру, глаза его загорелись, и он забыл обо всем.

– Кристофер, – воскликнул он, и они с Джеймсом бросились к другу. Корделия неуверенно подошла, боясь помешать им. Мэтью опустился на пол около узкой железной кровати; Джеймс остановился у изголовья, склонился над Кристофером.