Я впечатал кулак в стену, желая, чтобы боль прочистила мозги, и отправился к себе: думать и искать тварь.

Поработать, конечно, было бы тоже неплохо.

Но ни до кабинета, ни до лаборатории, ни до куба я так и не дошел. В коридоре возле кофе-бота меня тормознула Славка и утащила к себе в кабинет. И, пока мы шли, я изо всех сил старался стереть желание убивать с собственной рожи.

— Соскучилась? — скрестил я руки на груди, приваливаясь спиной к закрытой двери ее аквариума.

— Не льсти себе, — ответила Воронова в той же манере. — Я просто вдруг поняла, что мы с тобой кое о чем забыли.

Я дернул плечом, давая понять, что весь во внимании, и гадая, что еще принесет этот охренительный день.

— Анон, Гор, — скривилась Лава, взмахивая тонкими руками. — Я забыла ему написать.

И настала моя очередь кривить морду. Идея Славкиного общения с уродом мне все еще не нравилась. Какое-то нехорошее предчувствие скреблось внутри. Но я обещал, а поэтому…

Я молча вытащил из кармана свой смарт, молча протянул ей. Славка колебалась не больше нескольких минут, забрала гаджет и сделала ко мне несколько шагов, начиная набирать текст. Стерла, снова набрала, опять недовольно стерла. А через минуту наконец-то показала мне экран.

«Это не вопрос выдержки, это вопрос расстановки приоритетов. Что тебе нужно?»

— Ты его нахер сначала послала? — не удержался, забирая телефон. Получившимся сообщением я остался доволен.

— Мысленно уже раз двести, — вздохнула Славка. — Думаешь, прочитает? Что-то ответит?

— Скорее всего, — пожал я спокойно плечами, убирая смарт в карман. — Но следующее сообщение от тебя получит не раньше сегодняшнего вечера, чтобы он ни написал.

— Но…

— Славка, не спорь, — покачал я головой, давая понять, что здесь на уступки не пойду. Я понимал ее нетерпение и раздражение, но еще понимал, что надо заставить придурка психовать. Чем больше психует, тем больше совершает ошибок.

— Гор…

— Не обсуждается, и ты сама понимаешь, почему. Работай, а вечером снова посмотрим, что он напишет, — я толкнул дверь, делая шаг в опенспейс, где уже собирался народ. Разрабы в большинстве своем пташки вообще нихрена не ранние.

— Я не твой миньон, прекрати мной командовать, — раздалось недовольное ворчание, Элька, как раз идущая к Вороновой, не сдержала улыбки.

Я кивнул ей и все-таки ушел в лабораторию: работать и думать, и стравливать за закрытой дверью то, что поднакипело за сегодняшнее долбаное утро.

А через четыре часа в почти благостном настроении поднялся к себе. В благостном, потому что хотя бы с Иритой все было нормально. Если работа над ней продолжится в том же темпе, то уже через полгода мы сможем порадовать госов, через месяцев восемь дать ей зеленый свет и даже что-то выпустить на открытый рынок.