– Надеюсь, вы не за ним пришли? Потому что я не отдам, а если отнимете – опять пошлю…

А не пора ли дать сущности имя, а то говорить о ней обезличенно как-то неудобно.

– Так это вы её послали? – Санаду поднимает бровь.

За поступок мне не стыдно, но под таким взглядом неловко: сущность-то неизвестно какая, а я к ней с просьбами, мало ли к чему это приведёт.

– Та-ак, – со вздохом поднимается Санаду. – Минуточку.

Он проходит в нашу маленькую ванную комнату. Дверь оставляет открытой, так что шелест и плеск включённой воды слышится громко, будто над ухом.

Как же здесь тесно в сравнении с особняком Санаду! А какая там ванна, м-м…

Выходя, Санаду окропляет пол падающими с его волос, лица и рук каплями воды. После умывания и взъерошивания-приглаживания прядей он выглядит немного растрёпанным и… домашним. Досягаемым, что ли.

Присев обратно на софу, облокачивается на спинку:

– Итак, я жажду подробностей: сущность пришла сама или вы её как-то вызвали?

Слипшиеся ресницы, придающие его глазам уязвимое выражение, и капелька воды, медленно стекающая по виску, отвлекают на себя внимание. Особенно капелька – наверное, она очень щекотно сползает вниз. Вот мне щекотно, когда я вижу это её медленное скольжение по коже.

Не выдержав, наклоняюсь и подхватываю её пальцами. Глаза Санаду распахиваются шире. Подушечки моих пальцев скользят по прохладной щеке, словно поглаживая, и я замираю, осознав, что делаю.

– Кхм, – виновато улыбаюсь. – Простите. Просто у вас капелька так медленно ползла, что мне щекотно стало.

Санаду смотрит мне в глаза. И я, опомнившись повторно, отдёргиваю руку от его щеки.

– Ну, да, капелька – это аргумент, – он переводит взгляд на втиснутые за стол букеты и едва уловимо хмурится. – Ладно, продолжим опрос. Итак, что вы сделали, чтобы сущность пошла ко мне и забрала Марка Антония?

– Попросила забрать Марка Аврелия. Просто в пустоту. Не особо надеясь на результат.

– А когда мой кабинет разгромили, вы тоже просили вернуть вам белку?

– М-м… – задумываюсь. – Что-то не припоминаю такого. Я как-то быстро собралась сама его вызволять.

Уголки губ Санаду дёргаются вверх. Неужели ему понравилось наше сражение за баночки с гоблинским месивом?

– Кстати, – поглаживаю Марка Аврелия. – А тот ваш кабинет, ну, в котором гоблинские ароматизаторы, он в каком сейчас состоянии?