Лидас не знал, что ответить на эти слова, лишь плечами пожал со вздохом.

* * *

Айвар стоял, опустив голову, длинные волосы, спускаясь до подбородка, закрывали лицо. Жрец Айнур, прохаживаясь перед ним с задумчивым видом, отвернулся, и Айвар, пользуясь этим, коротко повёл головой, чтоб волосы не мешали видеть.

— Твоя мать, мараг… Расскажи мне о ней! — приказал неожиданно Айнур, глянув на Айвара через плечо.

— Царица Айвин, — уточнил Айвар с осторожной улыбкой. Он ещё раньше понял, та встреча с араном не будет единственной, и не ошибся. Всё-таки отеческие чувства пересилили гнев и жажду мести. — Её уважают и любят… За мудрость и доброту. Думаю, она унаследовала лучшие качества…

— Царица? Ты сказал, царица? — Аран взглянул на Айвара с интересом и удивлением. — Так этот Дианор теперь царь, и он сделал её своей женой?! Не наложницей, не рабыней…

— Царица и главная жрица в храме Матери, почтенный… — Айвар снова улыбнулся, встретив взгляд жреца. — Я говорил вам, она никогда не рассказывала о своём прошлом. Я ничего не знал о вас… О вашем народе… О её семье… У неё не было никого, кроме нас. Мой брат и я… Отец и ещё храм…

Да, к ней приходят многие. За помощью, за советом… Богиня говорит её устами, господин. Ей может открываться будущее… Она и тогда предсказала тоже… — Айвар сам себя оборвал на полуслове, вспомнил день своего отъезда, как они прощались навсегда. Помнил её тонкие загорелые пальцы, стиснувшие повод чуть пониже его рук, помнил взгляд тёмно-серых глаз, полный непонятной тревоги и безысходности. Не мог понять, дурень, её немого отчаяния, радовался переменам и новым впечатлениям, а ведь она, наверняка, знала, ЧТО́ его ждёт. Кровь, плен, боль и унижения, все те пытки — она всё это видела, но подчинилась решению отца, уступила ему почему-то.

— Ты тоже был жрецом, не так ли? — Айнур отвлёк своим вопросом от тяжёлых воспоминаний. Айвар перевёл на него глаза, вопросительно нахмурил брови, будто не расслышал вопроса. И тогда аран уточнил:- Мне сказали, ты носишь на груди знак Единства… Значит, и ты отмечен благодатью Богини…

— Да, господин, — соглашаясь, Айвар низко голову склонил, подбородок аж груди коснулся. — Но что значит благодать Богини, не понимаю вас, почтенный?

— Всё ты понимаешь, мараг, отлично понимаешь! — Айнур почти вплотную приблизился к Айвару, смотрел чуть исподлобья, сощурив глаза, так, что морщинки стали длиннее и глубже. Но лицо его от этого не стало казаться добрее. Напротив, у этого арана было такое лицо и такой взгляд, когда понимаешь сразу: с ним лучше дружить, чем ссориться. — Ты с рождения получил от Богини то, чем обладают многие из нас, то, чего нет у других, у ми-аранов. Умеешь снимать боль наложением рук, останавливать кровь, возможно, даже видеть мысли других, их прошлое и будущее… То, что даровано лишь жрецам Великих… — он говорил, медленным взглядом смеривая Айвара с головы до ног. — Выносливость, отличное здоровье и способность быстро заживлять на себе раны… Ты и после ритуального поединка быстро на ноги поднялся… Твоё лёгкое, как оно? Сильно болит?