— У меня к тебе другое предложение, Просветлённый, — заговорил царь, в крайней задумчивости выслушав своего позднего гостя, — твоя месть может подождать ещё немного. Ты можешь пока не требовать смерти этого ми-арана, но в ответ на это я могу пообещать тебе ещё раз свидеться с дочерью и с самим Дианором.

— Как это? — Не понял сразу Айнур. — Ты хочешь, царь…

— Вот именно, мудрый! — рассмеялся Даймар, шумно отхлебнув пива из кружки. — Ми-аран отведёт нас в свои земли. Какая ему разница? Если ему нужно было золото, я смогу заплатить… или вернуть свободу… — Усмехнулся, неожиданно вспомнив растерянное лицо марага в ту минуту, когда он признавался в своём преступлении против близких. — Мы накажем их всех! — При этих словах тёмно-серые глаза жреца Айнура довольно засветились. — Они, можно сказать, наши соседи, но как отнесётся Великий Мох к тому, что нам придётся нарушить пределы зримого мира? Ведь мы никогда не пересекали эти горы…

— Ничего, — успокоил хозяина Айнур, — мы дождёмся благоприятного знака. Бог будет с нами! И Мать… Это Её жрицу похитили тогда… Я буду молиться, царь!

— Я приведу этого Дианора в цепях. А Айвин… С ней ты будешь говорить сам… Будешь сам решать её судьбу! — Такая перспектива обрадовала Айнура, он в предвкушении заходил по комнате, заложив руки за спину. Царь наблюдал за гостем с довольной улыбкой.

Идея использовать марага как проводника возникла у него довольно давно, после допроса пленного ми-арана со странным именем Лидас. Конечно, об этих марагах почти ничего неизвестно, тот Дианор в своё время был не очень-то разговорчив. Но ничего, у нас есть его сын, он-то всё нам и расскажет, и сможет провести через горы.

Они обсуждали план предстоящего похода сперва осторожно, решили пока не спешить с его выносом на совет племени. А Айвар ничего этого не знал и не мог знать, хоть и почувствовал опасность. Что-то нехорошее затевалось. Понимая это, он уже не смог уснуть. Какое там? На обратном пути зашёл в кузницу, наощупь нашёл свой меч, взял с собой ещё и оселок, вернулся и принялся точить лезвие. Без спешки, но с такой решимостью, от которой зубы стискиваются до боли в скулах

Часть 48

Часть 48

Лидас и сам не заметил, как начал пользоваться своей левой рукой. Царевич Дайрил, вернувшийся с верховой прогулки, бросил ему повод с коротким приказом:

— Поводи, пока не остынет… Потом оботрёшь, поставишь в стойло. Смотри, воды сразу не давай!

Лидас снял седло, про себя продолжая удивляться такому простому до гениальности изобретению, как стремена. Какая удобная вещь! Даже посадка у всадника меняется, когда нога упирается в стремя. Удобнее ездить, проще управляться должно быть и копьём, и мечом в бою. Почему же ни аэлы, ни иданы, сами отличные наездники, ни коневоды-вайдары не додумались до такой простой с виду вещи?