— Мне очень жаль. Завтра будут готовы все бумаги, — монотонно сказал он, развернулся и скрылся в ординаторской.

Я не помню, как мы добрались до дома. Мне хотелось уснуть и больше не просыпаться. Бабушка, встретив нас в коридоре, все поняла без слов и расплакалась. Я закрылась в своей комнате, обняла подушку и завыла как раненый зверь. Почему я? За что меня так наказывает судьба? Воздух казался раскаленным, тяжелым и обжигающим, каждый вдох приносил агонию. Вцепилась зубами в кулак и зарыдала в голос. Меня раздирало на части.

— Мила, доченька, нельзя сдаваться, у тебя еще двое деток, ты нужна им, ты должна быть сильной, — утешала мама, нежно гладя меня по голове. Она всхлипывала, смахивая слезы.

Думала, что страшные вещи случаются только в кино, а не в реальности. Считала, что умирают только старики, не задумывалась над тем, что смерть забирает и детей… Когда слезы закончились, наступила апатия ко всему. Не могла спать, есть, жить… Я просто существовала, ничего не чувствуя… Я напоминала зомби. Сидела взаперти, избегая общения с людьми, замкнулась в себе. Свет для меня померк, я осталась во тьме. Единственный луч, который не позволял мне сойти с ума — это надежда на то, что Саша и Маша справятся.

Меня не покидали мысли о самоубийстве… Так тяжело было на душе. Однако осознала, что сдаваться нельзя, как бы не было тяжело, надо надеяться на то, что все будет хорошо. Мы все равно когда-нибудь умрем, поэтому не стоит прерывать свою жизнь и идти на поводу у Тьмы, необходимо бороться и жить на зло судьбе. Доказать ей, что несмотря ни на что подыметесь и двинетесь дальше… Нельзя лишать себя жизни только потому, что плохо или больно. Это причинит страдания другому человеку, тому, кому вы дороги. Я решила, что с меня хватит! Нужно взять себя в руки и идти дальше. Слезами Дашеньку уже не вернешь…

Спустя несколько дней мне позвонили из больницы и сообщили, что Маша пошла на поправку. Ей удалось перебороть инфекцию, дочь набрала вес и стоял вопрос о ее выписке. Я пулей полетела в больницу, чтобы навестить свою малышку. В коридоре столкнулась с Максимом.

— Макс? Простите Максим Александрович, что вы тут делаете? — удивилась я, захлопав ресницами.

— Твоя мама попросила узнать о состоянии детей и поговорить с урологом насчет Саши. Я осмотрел мальчика, с его сердцем все хорошо. Да и операция не такая страшная. Я уверен, что малыш справится, — заявил он, бросив на меня тяжелый взгляд.

— Спасибо, — прошептала я, посмотрев на него с благодарностью, нервно потеребив замок от кофты.

В коридоре появилась мамина знакомая. Она работала педиатром и наблюдала за состоянием Саши и Маши. Я кивнула ей в знак приветствия.