Он некоторое время вообще не мог понять, что с ним происходит, но потом открыл веки, посмотрел на ненавистно-знакомый расписной потолок своих покоев во дворце и всё вспомнил.

Синие испуганные глаза, тонкие приоткрытые губы, кудрявое гнездо на золотоволосой голове, придающее мальчишке забавный и при этом очаровательный вид… — это была его боль, его мука, его стыд… его ПАРА!

Душа взвыла, подхлестываемая разгневанной брачной магией, но всплеск прошел на удивление безболезненно, словно принц был накачан вином или лекарствами.

Кристофер медленно присел в кровати и огляделся. Голова кружилась от слабости, в груди продолжало давить, в душе остро скреблось откровенное мучение.

Ворвавшийся в покои вихрь оказался его матерью, начавшей необычайно эмоционально обнимать его и беспокойно спрашивать о самочувствии, что было ей — чопорной сдержанной императрице — совершенно не свойственно.

Но настоящий шок испытал Крис в тот момент, когда она серьезно посмотрела ему в глаза и произнесла:

— Я знаю, кто твоя пара, сынок. Это мальчик, твой бывший адъютант. Мы найдем его, слышишь!!! Я сделаю всё, чтобы ты жил…

При упоминании Эвери сердце в груди принца сделало кульбит, а от понимания того, что его мать всё знает, ему стало невыносимо… стыдно. И только через несколько мгновений Крис до конца осознал то, что она имела в виду.

— Найдете? — прошептал он ошарашенно. — Так он… ушёл?

Императрица кивнула, а принц почувствовал, что в его сердце что-то болезненно оборвалось. Вот почему его так сильно терзала тоска: Эвери исполнил его требование и убежал!

Принц бессильно повалился обратно на подушки, изрядно напугав мать, и тут же прикрыл веки.

Всё в душе переворачивалось только от одной мысли, что Эвери больше рядом нет.

Кристофер пытался убедить себя, что это просто выверты его брачной магии, но душа упорно вопила, что это не так.

«Куда он пошел? Как же он один??? А вдруг пропадет??? Какой же я идиот!!!».

Упрямство показало лицо и буркнуло, что Крис не мог поступить иначе: так требовала его мужская и воинская честь, но… принц особо его уже не слушал. Беспокойство о мальчике затопило его так сильно, что он несколько минут почти не дышал, слыша возникший топот около своей кровати: императрица позвала лекарей.

Принцу окружающее стало резко безразличным. Он попытался мысленно потянуться вслед за нитью связи, по которой раньше находил Эвери, но… она была невероятно слабой и почти не чувствовалась, свидетельствуя, что он или невероятно далеко, или… умирает. Последняя мысль наполнила ужасом, так что принц резво присел, едва не столкнувшись с лекарем лоб-в-лоб.