При их приближении один из мужчин приоткрыл глаза. Увидев перед собой ту самую девушку, на которую позарился у реки, он испуганно дернулся, а потом слабым голосом прохрипел:

— Госпожа… простите… Мы не знали, что вы — глава…

Эвери скривилась:

— Значит, только это могло бы вас остановить? А если бы я все-таки была беззащитной девицей, то все прошло бы гладко, да?

Пленник понурил голову, запоздало осознав свою оплошность, но Эвери тут же нарушила возникшее молчание.

— За свой поступок вы трое достойны смерти, но… я помилую вас. Клянитесь магией, что больше ни одна женщина не пострадает от ваших рук!

— Клянусь… — прошептал первый, а за ним тут же подтянулись остальные двое.

— Клянусь…

— Клянусь…

— Сними их, Вайлет… — проговорила Эвери, отворачиваясь. — Пусть живут…

***

Первая ашерванская застава появилась на горизонте спустя сутки.

Эвери очень беспокоилась о том, как ей вести себя дальше. Вожди считали, что она ведет их в битву, а сама девушка всеми силами мечтала ее избежать. И если в пути она постоянно тешила себя мыслью, что Рикшан появится в нужный момент, то, когда впереди замаячили владения Ашервана, надежда резко начала таять.

План по нападению на империю был уже тщательно составлен: с таким количеством войск, как сейчас, Эвери достаточно было направить мощь своей магии на создание крепкой магической защиты, и кочевническая орда начала бы сметать укрепленные заставы Ашервана одну за другой.

Но предавать свою страну она не собиралась.

Долгими вечерами обсуждая с Кристофером разные варианты событий, они пришли к выводу, что, если Рикшан нарушит свое обещание и не явится, чтобы остановить войну, им придется действовать самостоятельно.

Но вариантов на самом деле было мало.

Смогут ли они выпутаться из этой истории, если бог войны окажется лжецом?

***

— Ваше Величество… — секретарь императора Вальтара с трепетом вошел в кабинет своего господина и подобострастно поклонился. — Гонец передал срочное донесение: армия северян подошла вплотную к северной границе империи.