Впрочем, последовать своему же совету он почему-то не захотел, и побрел куда-то прочь, вдоль все той же решетки.

Мы же направились в другую сторону, и таки удалось обойти препятствие.

Вокруг густели настоящие джунгли. Пальмы разного вида и калибра, лианы, редкие хвойные и лиственные деревья. Вверх возвышалась гигантская пальма, как великан среди гномов. Вот гладкоствольные бутылочные деревья, накапливающие воду в порах древесины. Куча разнообразных пальм. С толстыми стволами, с тонкими, со множеством ножек и без, с веерами листьев и наоборот с длинными лопастями. И лианы, лианы, лианы.

Дорожка сделала несколько поворотов. Недалеко журчал ручей, а между пальм и бананов в уголках размещались чаши с водой.

– Ух ты, – посмотрела я, – черепашки.

Черепашки, похоже, заинтересовали не только меня.

Здесь прогуливалась мамаша с маленькими сыном и дочкой.

– Мама, я хочу писать.

– Потерпи, сынок, сейчас найдем туалет.

– Ма-ам, а можно я пописаю в черепах?

– Сынок, нет, нельзя так делать! – строго одернула его женщина.

– А Маша сказала, что можно.

– Не правда!

– Маша, ты же сказала, что можно!

– Я тебе сказала, что так нехорошо себя вести

Мамаша покраснела, и спешно куда-то потащила своих детей.

В этом многообразии пальм, лиан, и прочих деревьев, толстых и тонких стволов, с гладкой корой, и напротив, с изрешеченной поперечными морщинистыми кольцам, с клетчатой корой, среди цветов разнообразных расцветок и листьев самых разных форм ниспадали лианы.

Послышалось то ли кряканье, то ли карканье.

На ветке сидел большой, цветастый попугай. К нему пыталась подобраться макака. Но попка каждый раз отпугивал ее клювом, впрочем, та, показав, что успокоилась, не теряла интереса, и, чуть посидев, вновь продолжала досаждать тропической версии нашего деревенского петуха.

Идем по аллее, узкой полосой, разделяющей пруды. Водная поверхность покрыта многочисленными листьями лотоса. Такими же, как наши болотные кувшинки, только огромные.