Берег утопает в зарослях. Пробираемся узкой тропой. За плотной листвой кротона и монстеры скрывается еще один пруд. Круглая поверхность его заполнена листьями-поплавками водных растений, берега утопают в лианах и листьях склонившихся над водой деревьев и трав.

Обходим пруд. Теперь тропинка пролегала между рядами кактусов. Огромные колючки, шарообразные, вытянутые, в человеческий рост, одиночные и колонии. Я обратила внимание на несколько разноцветных небольших шаров.

– Смотрите, – позвала я моих спутников, – какие красивые. Вот бы себе такой.

А мы продолжили путь.

Высокие кактусы, в виде столбов, и такие же крупные, многоперьевые розетки агавы, закрепленные на вершине, напоминали кактусовые пальмы. А за ними начались заросли саговниковых пальм и древовидных папоротников. Интересно, может именно такие и цветут в купальскую ночь?

По крайней мере, они сильно отличались от тех папоротников, что местами устилали ковром наши леса. Идем вдоль ручья. Посадка молодых елей. На вершинке каждого – нечто розовое. Цветок – обрадовалась я. Но нет, это всего лишь была бирка, бумажка с датой и номером. Эх, а я думала, что цветок.

– А почему мы движемся вдоль ручья? – спрашиваю я.

– Ручей впадает в Лебу, как раз у вокзала. В этом направлении и идем – пояснил Тенебриус.

Высокие ветвистые деревья окружали нас.

– Вот черт! – заругался Тенебриус. Сверху на него что-то упало.

Бабац, еще что-то.

– Нас атакуют? – спросила я.

Флорентина подошла и посмотрела на упавший зеленый плод.

– Незрелый грецкий орех. У меня такие раньше в саду росли, – пояснила она.

– Так вот почему он такой тяжелый, орех же внутри, – догадался Тенебрий.

Идем дальше.

Заросли джунглей, ветви и лианы свешиваются почти до нашей тропы. Из джунглей выскакивают маленькие, гривастые, до нельзя зубастые твари.

Вот уж правда, бойся тех, кто сидит в кустах.

Щелкают зубами, скалятся и лают. Маленькие противные злобные собачки. Что может быть хуже, чем эти мерзкие твари. Наверняка склочные люди после смерти превращаются вот в таких чихуа-хуа.

Фло описала полукруг посохом, потрескивающим электрическим током. Благо, что эти собачки настолько же пугливые, насколько и агрессивные.