Стэн вздыхает так тяжело, что шутить уже не хочется.

– Вы, парни, другое дело. Все же понимают, что вы не расстанетесь никогда. И вы сами – первые. А мы с Мэль месяц вместе… и тринадцать дней.

«Дэрэк, дело серьёзное. Он дни считает, а доча дурит?»

Я с ним согласен.

– Стэн, расскажи всё по порядку. С чего началось-то?

Губы у него дрожат – почти не заметно, если не всматриваться.

– Всё было нормально. Вечером пожелали друг другу спокойной ночи. Поцеловались и… – Он с тревогой покосился на Джэда.

– Стэн, тут все взрослые! Потискались чуток. Дальше!

– А утром она не пришла меня будить. Я к ней – заперто. Стучу – не открывает. Зову – тишина. Я к себе вернулся. Смотрю – на подушке кристалл лежит. А в нём… вот.

Дэйкен забирает крохотный десятигранник из его руки, сжимает – и перед нами Мэриэль во всей красе. Лицо бесстрастно… ох, не нравится мне эта наследственная черта. Судя по тому, как хмыкает Джэд, ему тоже.

– Стэн, я всё обдумала и поняла, что мы слишком торопимся. Мы слишком мало вместе, чтобы связать себя Обрядом. Поэтому считай себя свободным.

Запись резко обрывается. Синеглазый уставляется на меня, я – на него.

– Джэд, а кристалл подделать можно?!

– Ты тоже об этом подумал?!

Он принимается вертеть кристалл и так, и эдак – величайший маг Саора! – чтобы в итоге вздохнуть:

– Нет, запись настоящая. Сделана сегодня ранним утром. Ничего не понимаю!

«Она же любит его, Дэрэк! Я же знаю!»

«Обиделась? Приревновала? Кто-то что-то наговорил?»

«Если бы Мэль обиделась или приревновала – врезала бы от души. А услышав что-нибудь нелестное, начала бы с воплями разбираться».

«И вопли те разносились бы от Тая до Лэнтри… Доченька не в тебя. Молча страдать не станет».