Ну, они сами виноваты. Решение пришло ночью, и поутру Рон принялся его осуществлять.

Некромант вполне поддался на его нехитрую ложь и согласился выехать из замка вместе со своим скарбом, мальчишками и слугой. Невелика хитрость — слуга не воин, мальчишки это мальчишки, а одного мага как-нибудь упокоим.

Но кто ж знал, что этот чёртов маг окажется так силён?

Рон не мешался в схватку, пока мог. Но это дьявольское отродье чем-то напугало обученного боевого коня, и тот мало того, что скинул Рона, так ещё и наступил ему на ногу со всей конской дури. Рон проорался, встал на ногу при помощи верного Джонни Палаша, оперся на палку и похромал поглядеть — что там с некромантом.

А некромант, скотина такая, сам едва живой, но смог как-то затащить Рона в свою некромантскую изнанку мира. Господи, как же там было страшно, а он ещё и ударил — почему-то он там мог и шевелиться, и ударить, сам же едва жив стоял!

Но — очевидно, господь услышал молитвы Рона, потому что кто-то вытащил их наружу. И что было дальше, Рон уже не помнил — потому что обеспамятел, и в себя пришёл только через сутки на постоялом дворе. Джонни Палаш со всей возможной конской скоростью тащил Рона домой, в столицу, и он же сказал, что некромант, скорее всего, помер, потому что был весь синий, и такие не жильцы.

Помер — это прекрасно. Это замечательно, это невероятно. Этим надо пользоваться.

Но пришлось смирно лежать дома и терпеть процедуры от мага-целителя. Он сказал, что сломанная нога срастётся, а вот след на лице…

Там не было раны — в нормальном смысле слова. Кожа всё равно что серой коркой покрылась, и оттуда иногда что-то шелушилось, такое же серое и противное. И ещё иногда что-то текло. Целитель говорил — ваше, мол, счастье, милорд, что глаз цел остался, но Рону было всё равно — он ощущал, что сам не остался цел, и целым, как раньше, уже не будет.

Ночью, во снах, приходили тени — убитых им людей, ещё кого-то — и говорили, что он уже почти их, и что скоро они получат его совсем. Чтобы спать без этих кошмарных снов, приходилось вечерами напиваться замертво.

Мать кудахтала — как же так. Отец злился — нарвался так нарвался. Ну да, нарвался. Но кто ж знал, что с этим дурацким магом так выйдет?

Но — маг в столицу не возвращался, и никто ничего о нём не знал. И это было прекрасно.

А потом прибыли Торнхиллы — Джон с женой, Джейми и Кэт. Сходили к её величеству, та с ними, как сказали, долго беседовала, и — никто не знал, что решила. Зато велела Рону тоже прибыть и держать ответ.

Ну что, велено — значит, пойдём. И раз отец не нашел никаких слухов про некроманта — то его и нет, и можно сказать, что Рон ничего не знает, и ничего ему не будет. Он так и сказал — перед королевой, лордом Лэнгли, посланником графом Шалоном и… Кэт. Прекрасной Кэт.