– Как это понимать? – осипшим голосом спросила я, взглянув на Цербера.

– Не знаю. Спроси у Дамеса, он автор этого документа.

Развернувшись, я вышла из беседки. Позади с тихим шелестом развернулись мощные крылья, и легко оттолкнувшись, я взмыла в небо, не собираясь тратить долгие минуты на поиск коротких коридоров, лестниц и дверей. Так я уже через пару секунд была на нужном балконе, резким движением, от которого даже зазвенели стёкла, раскрыв дверцу и войдя в светлый кабинет Императора. Тот, кстати, о чём–то до этого разговаривал с Лаи, сидя на диване и вряд ли предвидя мой скорый приход.

– Ты можешь объяснить, что это значит?! – сорвалась я, бросив на стол документ и скрестив на груди руки. Когти крыльев грозно нависли сверху, а кожа тускло светилась от гнева и отчаянья.

– Успокойся, – даже не потрудившись встать с дивана, произнёс Дамес.

– Успокойся?! Ты, даже не потрудившись спросить моего мнения, решил…

– Мэлисса, – угрожающе тихо произнёс Император, и я покорно заткнулась, сверля его недовольным взглядом. – А теперь сядь.

Скрипя сердцем, я подошла к ним, спрятав крылья и сев в красное бархатное кресло напротив. Лаи подсела ко мне на подлокотник, успокаивающе положив ладони на плечи. От её приятных духов я немного утихла, требовательно взглянув на Дамеса перед собой.

– Когда ты собирался мне рассказать?

– Не сегодня точно… хотел подойти к этому вопросу более мягко, – признался Дамес, проведя ладонью по светлым волосам.

– Куда уж мягче… – буркнула я, нахмурившись. – Почему именно сейчас? Не через два, пять, десять оборотов, а сейчас?

Дамес поджал губы, обменявшись с Лаи странными взглядами, и вновь взглянув на меня.

– Я принял решение досрочно освободить Ориаса из–за того, что его могут казнить через трилун. Этого требует Сенат и несколько Баронов.

– Но они не могут…

– Вполне, – перебил врас. – И под казнью я имею немного другое. Они хотят переправить Ориаса в Калейшет. Слышала?

Я похолодела, невольно схватившись за тёплую ладонь Лаи и боясь лишний раз вдохнуть.

Калейшет. Ещё одна тюрьма Содружества, только в отличие от остальных, в ней пытают. Пытают на протяжении всей жизни: вырывают ногти и заново их отращивают, сдирают кожу, мышцы, вены, и опять их наращивают. Удаляют органы, заменяя их на другие, создавая жутких существ на выходе, которых продают на чёрных рынках. Попасть туда – билет в один конец. Даже не знаю, что лучше: сойти с ума в Серфексе или подвергаться мукам и быть полностью преображённым в Калейшете.

– Звёзды…

– Вот именно. И Сенат имеет на это полное право, однако есть одна лазейка. Простить Ориаса я не могу, но принять его обратно на службу и дать испытательный срок мне под силу. Если за это время Ориас покажет себя, доказав, что ему снова можно доверять, преступление смягчится. Ему будет отказано посещение Содружества и некоторых участков Бароний на неограниченное время, ну и запрет на оружие. Однако я не могу доверить Ориаса кому–то постороннему, поэтому у меня нет выхода, и я прошу тебя: ты согласна проследить за ним? Ты знаешь Ориаса как свои пять пальцев, знаешь, на что надавить, и тебя он послушает. В этом я уверен.