Из Серфекса, за всю историю существования тюрьмы, выходило лишь несколько иномирцев. Их помиловали и отпустили. Остальные продолжали томиться, сходя с ума и уже не зная, где они, в реальности или в своём разуме.

С момента заключения Ориаса в Серфекс прошла одна часть. Восемнадцать недель. С последнего моего с Дамесом сюда прихода минуло десять недель. И если думаете, что этого времени вполне хватило, чтобы Ориас окончательно обезумел, то и тут вас ждёт разочарование.

Он всё так же сидел на полу в центре камеры, с заплетёнными в седую косу волосами, с пепельным хвостом и завязанными за спиной крыльями. Сухая, пергаментная кожа в пятнах обтягивала мышцы. Мужчина всё так же продолжал заниматься, не став ссохшимся скелетом, которого не держат собственные ноги. Только глаза впали, но были всё такими же зелёными, без белой поволоки. И взгляд осмысленный, полный недоумения и настороженности.

Я жестом приказала ему подняться. Ориас помедлил, кисточка хвоста дрогнула, однако врас послушно поднялся, хрустнув затёкшими позвонками. Не сводя с него внимательного взгляда, я отошла на пару шагов назад, кивком головы приказав следовать за мной.

Ориас застыл, и в его взгляде скользнуло понимание, заставившее его сжать губы. Из камеры лишь один выход – в белую комнату с белым креслом и шлемом, что убивал одним мощным разрядом тока. После тело сжигали в печах, а прах развеивали в космосе. Ориас прекрасно понимал, что его никто не помилует, и сейчас думал, что Дамес послал одного из Завоевателей, чтобы проследить за его кончиной.

Постаравшись выпрямиться, Ориас шагнул вперёд, не сводя с меня до жути решительного, даже мрачного взгляда. Под гробовое молчание он дошёл до порога, застыв на пару секунд и всё же шагнув в коридор. Седые волосы тут же стали чёрными, как и скользящий по полу жгут хвоста. Кожа разгладилась, пропали тёмные пятна и морщины, хотя несколько осталось в уголках глаз. Интересно, проведи он сто лет здесь, остался бы таким же молодым?

Я подняла руку, в которой тут же активировалось припрятанное оружие. Глаза Ориаса удивлённо расширились, и коридор огласил тихий выстрел. Стоявший у стены тюремщик успел подхватить упавшего враса одной рукой, второй пряча ключ. Камера вновь скрылась за камнем.

– Уходим, – бросила я.

Развернувшись и спрятав пистолет, я зашагала вперёд, ни разу не обернувшись, зная, что охранник с Ориасом на руках следует за мной. И всё в полном молчании. Как и в прошлый раз, однако тогда мы с Дамесом вышли отсюда без пленника. Надеюсь, в третий раз я сюда и не попаду, а если и окажусь в этих холодных белых коридорах, то как посетитель, а не пленник.