– Эй, котяра, ты меня не зли. – Не стерпев оскорбления, она треснула того по морде.

Её упреждающий удар расценили как отмашку для атаки. Лара отбивалась от стаи, как могла, отступая к дороге. Вдалеке вместе с топотом копыт прокатилось истошное ржание:

– Лара, вот ты где! Значит, мне не показалось…

На них надвигалась Адская Тьма. Кошки бросились врассыпную, а лошадь приклонилась, чтобы Лара могла забраться в седло.

– Спасибо, Тьма, – пробормотала она.

– Держись.

Лара уцепилась когтями в луку седла, но всё равно затрепетала от испуга, едва кобыла выпрямилась. Как бы осторожно ни шагала Адская Тьма, страх никуда не девался. Встречавшиеся в пути горожане останавливались, чтобы на них посмотреть.

– Вы гляньте, лошадь кошку везёт!

За ними даже погнались несколько любопытных мальчишек. Лара с облегчением вздохнула, когда они, в конце концов, отстали.

– Тьма, что мне делать? – безрадостно заговорила она. – Из-за меня одна противная девчонка попала в большую беду.

Лошадь повернула к ней чёрную морду.

– А если бы она не была противной?

– Это, собственно, не важно. Такой беды врагу не пожелаешь.

– Натворила – исправляй.

– Мне кажется, я только этим круглые сутки и занимаюсь…

Около «Доброго привала» Адская Тьма дала Ларе спуститься на землю, и та, прихрамывая, поплелась в трактир.

Когда Крэх превратил Лару обратно, подлечил ей руку и снова сделал блондинкой, она трагично сообщила:

– Всё плохо, Крэх.

– По тебе и видно. Ты где так замаралась?

Она оглядела свою покрытую коричневой пылью одежду.