– Это что же, кровь? – поморщился Филипп.

– Э… да, – подтвердил предатель. – Полагаю, это кровь.

Граф принялся читать. Брезгливость на его лице сменилась озадаченностью. Затем он вчетверо сложил письмо и убрал за пазуху.

– Так это правда или нет? – не сводя с него цепких глаз, осведомился Эрхарт.

Филипп не ответил. Больше того, он задумался, подошёл к окну и спросил:

– Какой человек этот Андреас Ботманн?

Эрхарт явно ждал другого ответа и, не тая досады, сказал:

– Единственный наследник богатого мануфактурщика, владельца серебряных рудников. В Цайзихвальде у него роскошный особняк.

– Вот как, – раздался удовлетворённый голос Филиппа. – Вы с ним в дружбе?

– Скорее, в приятельстве.

– Где вы познакомились?

– Нас с господином Ботманном обшивал один портной. Андреас казался весьма состоятельным человеком, сорил деньгами. Спустя время он исчез. А вчера мне пришло это письмо… Я, право, не знаю, что и думать. Признаться, Андреас хотел жениться на моей сестре. – Эрхарт небрежно кивнул в сторону Эрнестины. Даже зная, что это ложь, Лара напряглась всем телом. – Однако я решил ему отказать.

– Отчего же?

– Андреас не в себе, – выпалила девушка.

Филипп обернулся к Эрнестине, с интересом подняв брови. Зато взгляд брата был гораздо менее благосклонным.

– Я бы не торопился с выводами, – туманно произнёс Эрхарт, снова поворачиваясь к графу.

– Пусть лучше расскажет ваша прелестная сестра.

На щеках Эрнестины расцвёл румянец.

– Брат заста… убедил меня поехать в особняк господина Ботманна, когда от того уже две недели не было вестей. К нашему немалому удивлению, мы обнаружили, что ворота открыты. За ними располагался чудесный дом, но он пустовал. На стук не вышла даже прислуга. И, когда мы уже собрались уезжать, явился…

– Плотник, – закончил Эрхарт.