– Ешь.

– Ты что, будешь меня… Нет!

Плешивый с неудовольствием отвлёкся от трапезы.

– Тебе сказано есть.

– Я не хочу, чтобы меня кормили с ложки! – Лара не то чтобы была сыта, но подобное обращение казалось ей невыносимо унизительным.

Тогда канцлер сделал знак ближайшему охраннику, и тот приставил ствол ружья к голове Лархен. Та замерла над тарелкой.

– Лара, – еле слышно сказала сестра.

– Что же ты такая мразь?.. – простонала Лара.

Она вздохнула и послушно открыла рот. Пока Хансен кормил её супом, Лара старательно смотрела в сторону. После сводничества канцлера она начала ловить на себе оценивающие взгляды охранника, что было куда хуже его извечного презрения.

За окнами послышался стук копыт и скрип колёс прибывающего экипажа. Вскоре в столовую вошла рыжеволосая женщина лет тридцати, облачённая в длинный серый плащ.

– Добрый день, ваша милость. – Она низко поклонилась канцлеру, вручая ему завёрнутую в шаль книгу – об этом Лара догадалась по форме.

«Книгу хранили вдали от города, чтобы плешивому было проще взять меня в плен?» – поразилась она.

Женщина тем временем подошла к её сестре и погладила по светлым пушистым волосам.

– Здравствуй, Лархен.

Лару прожгло возмущение – колдовская шайка держала девочку в плену, при этом смея притворяться добренькой, будто в похищении ребёнка не было ничего преступного.

Рыжеволосая женщина тоже смотрела на Лару, но во взгляде её тёмных глаз читался интерес. Лара поймала себя на мысли, что именно такой хотел бы видеть её плешивый – беспрекословной и услужливой.

«Не бывать такому, чтобы более сильная угождала более слабому!»

Лара ощутила знакомый бодрящий аромат. Лакей поднёс канцлеру чашку свежезаваренного кофе, тот сделал глоток и развернул колдовскую книгу.

– Теперь мы кое-что проверим.

К немому изумлению Лары, он приложил руку Лархен к чёрной обложке. Девочка немного ожила.