Когда карета подъехала к трактиру, Филипп вдруг выказал сопротивление:

– Я не хочу быть колдуном!

– Ты хочешь! – горячо уверяла Лара. – Просто ты ещё об этом не знаешь! Ты забыл, потому что мы стёрли тебе память…

– Я не могу пойти против Бога, я – племянник епископа!

– Вот именно! Из-за жадного епископа ты не хозяин в собственном доме. С помощью магии ты сможешь избавиться от дядиной власти и не убивать его!

Филипп округлил глаза.

– Откуда ты знаешь?

– Мне Андреас рассказал.

– Да кто, чёрт возьми, этот Андреас?!

– Не шуми! Я тебя сейчас со всеми познакомлю… – Лара похлопала его по плечу и выпихнула из кареты.

Когда она привела Филиппа в трактирный зал, ужин всё так же продолжался. Разве что на столе появился коньяк.

– Судите сами, – с упоением говорил Библиотекарь. – У меня с людьми торговые отношения. Всё ясно, как чистая вода, пронизанная солнцем. Вы мне – душу, я вам – колдовскую силу. Жизнь ваша станет легче и радостнее, хоть и немного опаснее.

– Можно подумать, до этого она была безопасной, – пробурчал Андреас и, поглядев на дверь, просиял. – Лара, ты вернулась! Да ещё и с деньжатами…

– Садись, дорогая. – Библиотекарь показал на стул.

Не убирая топор, Лара усадила бледного Филиппа между собой и Библиотекарем. Генриетта принесла ему тарелку, Лара положила капусты и сала.

– А как обстоят дела с Богом? – не прерывался рогатый. – Вам остаются только надежды, которые часто не оправдываются. Люди молятся в расчёте на то, что их мольбы будут услышаны, но это очень ненадёжно. Во-первых. Вы не находите, что это несколько самонадеянно – ожидать получить желаемое, сделав так мало? Просто помолиться! Во-вторых, люди сами придумали правила игры, не спросив другую сторону – Бога, а согласна ли она с этими правилами. Люди надеются, что у Бога хватит времени услышать молитву каждого. Иные будто ставят условия: «Я помолюсь, совершу доброе дело или буду соблюдать все заповеди, но за это, Господи, изволь исполнить моё желание. А если ты не сделаешь то, о чём я прошу, я буду крайне разочарован. Так разочарован, что, возможно, перестану в тебя верить». Человек не слышит другую сторону, оттого что у них не установлен чёткий диалог. Это странно и несправедливо. Представьте, если бы Бога можно было вызывать, как меня, и договариваться с ним напрямую. К примеру: «Я буду год совершать добро, а ты за это сделаешь меня богаче. А лучше сделай меня богатым сейчас, и завтра я пожертвую часть денег церкви». Но этого не происходит. В свою очередь я предлагаю честные договорные отношения и никого не обманываю, а злом почему-то величают меня!