– Те-ренс! Те-ренс! Те-ренс! – ревели зрители, и его зверь, расправив плечи и схватив противницу за ногу, рывком сбросил ее на землю.

Острая боль пронзила голову, сердце заколотилось с бешеной скоростью, и моя материализованная фантазия подернулась рябью. Чудом смогла удержать концентрацию в последний момент. Послышались разочарованные голоса с трибун, улюлюканье… А злобный ящер, не теряя времени даром, кинулся на противницу, желая ее добить. Навалился всей тушей, стал молотить кулаками, и каждый его удар отзывался болью во мне.

Как-то отстраненно отметила, что Теренс мог бы вести себя агрессивнее. Видимо, он хотел просто заставить меня сдаться, не нанося при этом серьезного урона здоровью. Но пойти на попятную я позволить себе не могла. К сожалению. С трудом дыша, превозмогая чудовищную мигрень и муки совести, направила руку воительницы к поясу. Туда, где висел кинжал. В мгновение ока она его извлекла и одним резким ударом всадила в спину ящера. Тот отшатнулся, взревел, а мое создание, воспользовавшись удачным моментом, столкнуло с себя противника и тут же накинулось на него сверху.

– Врежь ему, Кара! – выпалил Макс, от напряжения подскочив на месте.

Но его просьбу выполнить не удалось, поскольку ящер с молниеносной скоростью сбросил с себя более легкую соперницу, и та, пролетев метра три, с грохотом приземлилась на твердый пол. Я поморщилась. На глазах от боли навернулись слезы. А ящер, не дав мне ни секунды, чтобы оправиться, тут же бросился на воительницу, но она с силой ударила его ногами в грудь, и тот отлетел в сторону. Я судорожно вздохнула и зашептала формулу материализации. По полу арены прокатилась волна песка, заметая ее, трансформируя во что-то более злое, опасное.

– Ка-ра! Ка-ра! Ка-ра! – орали Макс с Тимом и размахивали руками, призывая толпу скандировать мое имя.

Но я, поглощенная созиданием, на это не отвлекалась. Быстро материализовала шипящие, словно змеи, жгуты и направила их на ящера. Они облепляли его мускулистое зеленое тело, привязывали к полу, не давая встать на ноги, избежать нападения, создавая гробницу из песка.

Теренс что-то яростно прокричал – и его зверь, сделав сложный маневр, выскочил из фантазийного плена.

– Те-ренс, да-вай! – возликовали поставившие на него зрители.

Только обрадовались они слишком рано, потому что в следующий миг на материализованного ящера обрушилась песчаная волна, погребая под собой огромное шипасто-когтистое тело.

– Молния! – выпалила я, вспотевшая от усилий, и в центр арены ударила яркая серебристая вспышка, превращая песок в стекло.