Он на миг отвернулся, чтобы не видеть смятения в погасших от его слов глазах Хэ Су, и продолжил:

– Никак не вспомню, что это было. Ты не напомнишь?

– Я? – опешила Хэ Су. – Почему вы спрашиваете об этом меня? Это же вы просили о нашей встрече здесь и собирались сказать что-то важное.

Ван Со улыбнулся:

– А ты надеялась услышать нечто значимое для тебя? Вот же… Теперь я чувствую себя виноватым.

На самом деле он чувствовал себя не просто виноватым. Ему было противно слушать самого себя и осознавать, какую чушь он несёт и как держится с Хэ Су, но главное – какую боль он причиняет ей своей откровенной ложью и фальшивым поведением, которые самому ему казались столь очевидными, что он едва держался. Но он больше ничего не смог придумать с ходу, и был вынужден продолжать это нелепое представление.

– Вовсе нет, – покачала головой Хэ Су и отвела взгляд.

– Правда? Но всё равно позволь мне загладить вину.

Ван Со привёл её к своей лодке и, усадив на скамью, оттолкнулся от берега. Вскоре они оказались на середине озера, и принц отложил вёсла, внимательно глядя на Хэ Су. Всё это время она подавленно молчала и смотрела на свои руки, сложенные на коленях. И ему вдруг захотелось сделать что-нибудь этакое, чтобы она оживилась, а не таяла, как снег на закатном солнце, которое золотило водную гладь вокруг них.

Не придумав ничего лучше, Ван Со вдруг резким движением качнул лодку, отчего Хэ Су ахнула и испуганно вцепилась в нагретый солнечными лучами борт. Её испуг был первым проявлением каких-либо эмоций с момента их встречи и странного разговора. От этого принцу сразу стало как-то легче, он даже рассмеялся и вновь взялся за вёсла.

Пусть ругает его, пусть дуется, пусть делает что угодно, только бы не замирала так безжизненно и не уходила в себя.

– Мы можем плыть быстрее? – очнувшись, капризно поинтересовалась Хэ Су. – Сидя в лодке, хочется ощущать хотя бы лёгкий ветерок.

Её ворчание обрадовало Ван Со, и он ответил таким же вредным тоном, демонстративно опуская вёсла:

– А сама погрести не хочешь?

Хэ Су поджала губы, а потом внезапно спросила:

– Мне всегда было интересно, эта лодка принадлежит вам?

– Да, она принадлежит мне. Я привёз её сюда ещё в юности. Когда я в лодке, я забываю о проблемах. Она моя самая любимая вещь во дворце.

– Но прежде я ни разу не видела, как вы плаваете на ней, – удивилась Хэ Су.

Ван Со долго молчал, прежде чем ответить.

– Я люблю её слишком сильно, – наконец сказал он изменившимся голосом. – Для меня она скорее символ всего того, что я желаю. Поэтому я не плавал на ней и берёг её.