– Там было пусто, – Ван Со произнёс это и ощутил, как с его души свалился тяжёлый камень. Теперь Хэ Су будет знать правду. Ему казалось это очень и очень важным, особенно сейчас. – Имя написано не было. Поэтому я разорвал бумагу, зная, что путаница будет ещё больше. К этому моменту дворец уже был в моих руках.

– Вы поступили правильно.

Эти слова лебяжьим пухом коснулись его щеки, и в горле тут же засвербело.

Правильно ли? Кто может знать наверняка?

– Пак Су Кён оставил меня, – повторил Ван Со. От долгого молчания и закипавшей против воли влаги на глазах голос его сел и звучал низко и сипло. Говорить было трудно не только по этой причине, но ему нужно было это сказать, поделиться с единственной оставшейся у него родной душой. – Для Бэк А я теперь только император. Чхве Чжи Мон видит во мне убийцу старшего брата. Для Чжона я тоже всего лишь братоубийца. Даже моя собственная мать считает меня не сыном, а вором.

Горячие капли всё-таки потекли по его щекам. Сил сдерживаться не осталось.

– Ты была права. Этот трон вселяет страх и делает одиноким.

– Но я же здесь, – Хэ Су присела рядом с Ван Со, накрыла своей ладошкой его руку и заглянула ему в лицо. И свет её глаз, ласковый, исцеляющий, проник в самую его душу, осушая слёзы. – Я не оставлю вас.

Она положила голову ему на плечо и приникла, обнимая своим теплом и любовью, которая принадлежала только ему.

«Я не оставлю вас!»

Знаешь ли ты, Су, сколько раз я повторял себе эти слова, когда казалось, ещё вдох – и я не выдержу? Твой голос до сих пор звучит внутри меня, даже теперь, когда ты всё же нарушила своё обещание. Но я больше не услышу его. Больше никогда – вот что страшно…

Ты всё-таки ушла. Как же ты могла, Су, ведь ты обещала мне, и я тебе поверил, как верю до сих пор. Я верю и безумно тоскую по тебе, моя маленькая Су, по твоему голосу и твоим рукам…

Все покинули меня. Оставили на растерзание дворца. Стоило мне войти сюда – и дворец начал отбирать то немногое, что у меня было – тех немногих, кем я дорожил. А ведь генерал предупреждал меня о жертвах, но я оказался к ним совершенно не готов.

Поэтому тогда, простившись со своим другом и наставником, я чувствовал себя раздавленным и несчастным, и твоя ладонь была единственным, что ещё удерживало меня на краю бездны…

В эту ночь Ван Со не просил – он заставил Хэ Су остаться с ним, в его покоях. И любил её так жадно и неистово, что наутро ныли все мышцы. Он просто перестал себя контролировать: им овладела не только страсть, но и страх. Страх затопил его рассудок и лишил самообладания. Страх, что у него отнимут и это последнее – его человека, его женщину, его Су.