Дорога до Файхона до Эо занимала два дня, хотя расстояние было приличным. Когда-нибудь Альянс построит кротовые норы и до Земли и путь сократится в десятки раз. Но на заре становления планеты, как полноправного члена большой галактической семьи, вопрос дороги стоит далеко не на первом месте.

Мэй вернулся с родной планеты задумчивым и отстраненным. Ходил по кораблю мрачной тенью и ни разу не заговорил с Алиной. Она терялась в догадках. Что такого могло произойти на Файхоне, что Мэй изменился до неузнаваемости? До его возвращения домой они практически все свободное время проводили наедине. Болтали, иногда даже смеялись и изучали друг друга порой так нежно и волнительно, что на полпути к Файхону зародилась свербящая мысль — не любовь ли вспыхнула между ними?

Побродив по кораблю несколько часов, Мэй попросил капитана Осо проводить его в спальный модуль. Оказывается и такой есть на корабле. Просьба странная, лететь-то всего пару дней, но капитан решил не задавать лишних вопросов. Модуль представлял собой небольшой зал, по центру которого стояло несколько десятков яйцеобразных капсул. Каждая из них предназначалась для одного существа любого происхождения — в нее мог и лиинец залезть и маленький меризец. Для каждого вида выбирались соотвествующие настройки капсулы, чем и занялся Осо, пока Мэй осматривал капсулу.

— Последняя серия? — Спросил он, нахмурив брови.

— Да, прямиком с Эо. — Ответил капитан, не отводя взгляд от приборной панели.

— Почему вы настраиваете, а не специалист? Его нет в команде?

Осо замер на несколько секунд, поднял испуганный взгляд, но быстро нашел что ответить:

— Конечно есть. Команда сменилась буквально перед вашим возвращением с Файхона. Сейчас отдыхают. Но если настаиваете, я позову.

Мэй отрицательно покачал головой. Сняв куртку и обувь, он нырнул в капсулу, дождался, пока Осо подключит множество прозрачных проводов к коже и строго произнес:

— Разбудите за час до прилета.

За двое суток полета Алина не увидела ни одного нового члена команды. Осо все время юлил: то они занимаются делами, то отдыхают, то буквально пять минут назад пошли устранять мелкую неисправность. Он иногда с кем-то переговаривался по маленькой рации на груди, но в смысл разговоров землянка не вслушивалась.

Весь полет ее изнутри ело чувство тревоги за Мэя. Впервые он решил воспользоваться капсулой сна, а не провести время со ней. Что такое случилось на Файхоне, что он стал холодным и отстраненным? Зачем убегать и скрываться, если можно сесть и поговорить? Неприятна землянка? Ну хорошо, больше никаких кнопочек на теле и сна в одной кровати. Тоже, блин, нашел проблему.