— Ага, почти. Десять дней, если быть точнее.

— Чего?

— Сам в шоке.

Влас говорил, что время в Волшебных землях идёт по другому, но я и подумать не могла, что разница настолько велика.

— Погодите… Что с оборотнями? С Лизой, с Таем? Была инициация?

Ваня с Даней снова переглядываются. Не знаю, специально ли они это делают, но пугает всё то меня до чёртиков.

— Так, завязывайте уже, — я скидываю с себя одеяло. — Хочу видеть всё своими собственными глазами.

Хочу спустить ноги с кровати, но слушается только одна, правая. Левая так и остаётся лежать на мягком матрасе. Я, не отрываясь, смотрю на неё. На туго перевязанное бедро. Гипнотизирую. Пытаюсь заставить ногу пошевелить хотя бы пальцами, но всё тщетно.

— Что со мной?

Собственный голос в полупустом помещении медкорпуса отталкивается от стен и возвращается приговором. Ещё никто ничего не ответил, а я уже представляю себе все эти страшные диагнозы.

— Разрывы мягких тканей, — говорит Даня. — Сильные. Многочисленные.

— Гнори буквально оторвал от тебя кусок, чтобы глотнуть крови, — подключается Бен.

Я окончательно поднимаю корпус. От резкого движения всё плывёт перед глазами. Осторожно трогаю своё бедро. На ощупь никаких изменений, нога как нога.

— Благодаря участию одного из союзников штаба, тебе в экстренном порядке нашли донора и провели операцию.

— У меня, что, нога чужая? — слова дикие, с трудом в предложения составляются. И всё же я произношу это, потому что других вариантов я не вижу.

— Только часть.

— Ча… Это вообще возможно?

— Ты всё ещё задаёшь подобные вопросы после всего, что случилось? — скептически подмечает Ваня.

— А кто донор?

— Антон, — отвечает Бен.