Все растения вырваны из земли, разорваны, растоптаны, их не спасти. Те, что не порваны, раздавлены, вбиты в пыль. Лепестки валяются, как конфетти, пыльца собралась как кровь. Кора моих прекрасных деревьев разорвана когтями, которые могут пробить камень. Разрушение методичное и намеренное, ни одно растение не оставили целым, надежды не оставили.

Я не могу это исправить. Тут нет жизни, чтобы вызвать ее. Нечего спасать. Я вернулась для этого, а все мертво. Мой красивый сад.

Бри стоит в центре разрушения. Ее ладони, ступни и саван в зелёном.

Ее глаза расширяются при виде меня.

— Я не…

Я поднимаю руку, и она замолкает, хотя ее губы движутся бесполезно. Я слышу только низкий гул в ушах, словно из улья. Улей словно в моей груди, словно я открою рот, и они вылетят, и я не смогу их вернуть.

Я тянусь, ищу, что можно спасти, но ощущаю только красный гнев, пожирающий меня, когти вырываются из пальцев, глаза темнеют, как у хищницы. Я сделала его, это была моя тайна, мое убежище, мое чудо. Теперь сад мертв. Я не хотела быть злой, я не хочу быть монстром, но что еще мне делать после такого? Я стою среди пустоши на месте сада, и та, кого я ненавижу больше всего в мире, как бы я ни притворялась, что она бывала на втором месте, в соке растений, в зеленых пятнах, как в крови.

Она была моей лучшей подругой. Я умерла бы за нее.

Я едва ощущаю, как крылья прорываются сквозь мою кожу, раскрываются.

Они не драконьи, как я представляла. Краем глаз я вижу их, темные, из тени. Как теневые слуги Аида.

— Кори, прошу, — умоляет Бри. — Я это не делала. Твои друзья — Фурии — сделали это. Они увидели, что ты возвращаешься. Они хотят, чтобы ты ранила меня. Я знаю, что заслуживаю наказания за Али, но я не делала этого. Я бы не стала так поступать.

Я закрываю уши, потому что не хочу слышать ее голос, ее оправдания. Я хочу винить ее в этом, хотя знаю, что она не могла это сделать, у нее нет когтей, чтобы рвать деревья и лепестки. Я знаю это, но не хочу думать. Ярость растет во мне, и будет так просто выпустить ее. Отомстить. Сделать то, что Мегера зовет правосудием.

Стать Вестницей Смерти.

Я вижу, как лечу по Подземному миру на теневых крыльях, все пустое, как раньше, но ставшее хуже из-за меня, из-за жестокости в моем сердце и того, что она сделала со мной. Хуже Тартара, хуже Флегетон, без жалости и любви хоть к кому-то. Существо без надежды, жаждущее только вредить всем на своем пути. Разрушать. Око за око навеки.

А потом я ощущаю слабую искру в углу, где Аид сеял наши семена. Что-то живое.