Я приподнялась на цыпочках, вцепившись в его запястье.

– Сад, – сипло выдохнула я.

– Дод говорила о тебе в пророчестве, – прорычал он мне в лицо. – Мне следовало убить тебя сразу.

Небо над нашими головами потемнело, послышался далёкий гром.

– Почему не убил?

Хватка на горле исчезла, и я сделала несколько шагов назад, пока не упёрлась ногой в бортик фонтана.

– Ты неопасна. Дод соврала, чтобы я тебя убил.

– Не вижу в этом смысла.

– С тобой я чувствую, – гнев в синих глазах успокоился, как и небо над головой. Снова выглянуло солнце. – Ты свободна. Ночью я приду к тебе. Готовься.

Я задохнулась на мгновение от шока.

– Ночью? – голос не слушался, ведь что-то в глубине души подсказывало, этот визит будет отличаться от предыдущих.

– Свободна, – повторил он, пытливо изучая моё лицо.

Ему нравилось вызывать во мне эмоции. А к ночи я вся изведусь.

Ноги не слушались, когда я двинулась в сторону выхода из сада. Мысли метались, словно бешеные. Меня тошнило от ужаса предстоящего. И я ничего не замечала вокруг. Дорога до комнат не отпечаталась в памяти. Меня ввели в гостиную и оставили одну. В прострации я прошла в спальню и обессиленно рухнула на кровать. Но тут раздался грохот, вызвав лёгкую дрожь в стенах. Словно что-то взорвалось.

Озадаченная происходящим я вышла в гостиную. И в этот момент в комнату торопливо ворвались четыре служанки. Что-то в них показалось неправильным и смутно знакомым.

– Жива, – выдохнула одна, подойдя ко мне.

Тембр голоса, походка, жесты, взгляд. Всё это было таким близким, что глаза защипали слёзы.

– Я подброшу обманку, – другая рванула в спальню.

Она подбежала к кровати и бросила на неё какой-то камушек. И тут из воздуха соткалась моя точная копия. Девушка лежала, раскинув руки в стороны, зелёные глаза смотрели в потолок безжизненно, а из перерезанных запястий сочилась кровь.

– Надень это, – служанка передала мне медальон с синеватым камнем в основании.