– Нет, – отозвалась Кора и приблизилась ко мне. – Торвульд погиб. Драгоны разбили статуи в королевском крыле, когда искали вас.

– А Стефан? – изумлённо ахнула я.

– Только узнал, – в глазах сестры заблестели слёзы.

В этот момент друг вошёл в спальню. Он осунулся, взгляд потускнел. С ним за руку шла Милдрет, с беспокойством поглядывая на мужа.

– Придётся справляться без Стужи, – я подошла к Стефану и обняла его.

Грудь сжимало болью, глотку рвали рыдания. Торвульд был мне вторым отцом. Но я заставляла себя держаться. Мы успеем оплакать погибших.

– Мне жаль.

– Спасибо, – голос Стефана ломался и хрипел. – Я так и не смог с ним попрощаться. Но жив Аргейл, он мне как отец. И Стейнби вернулся. Мы должны отстоять его.

Отступив от меня, он вытянул меч из чёрного металла из ножен и протянул его Холгеру.

– У него появилось имя. Крушитель чар. Рубит заклятия за взмах.

– Хорошее имя, – улыбнулся бывший сумеречник, забирая из его рук оружие. – Потом верну. После победы.

– После победы, – почти неслышно повторила я вместо молитвы.

Враг силён и хитёр. Только он ошибся в одном. Недооценил нашу волю, дав возможность повернуть события себе на пользу. И мы сделаем это, ведь уже совершили невероятное. Один бой всё решит. Он должен остаться за нами. Иного не дано.

***

Небо окрасилось алым. На Стейнби опускался вечер. Мы стояли перед воротами, ожидая, когда створки раздвинутся, являя нам самого императора в сопровождении мэтров и воинов. Его образ пугающей тенью преследовал наш отряд на протяжении всего этого сложного пути. И вот он обрёл реальные черты. Эрвин оказался коренастым брюнетом с суровым лицом. Короткие пряди волос трепал ветер, серые глаза смотрели надменно, полные губы были плотно сжаты. Чёрный доспех обхватывал развитую фигуру. Конь волновался под ним, будто ощущая таящуюся в драгоне силу.

– Время пришло, – сообщил он беспристрастным тоном. – Хранитель Севера готов принять вызов?

– Готов, – голос Холгера отдавал морозной стужей.

– Ты не Хранитель, – качнул головой Эрвин. – Она Хранитель, – он указал ладонью в кожаной перчатке на меня.

В груди всколыхнулось его пламя, вгоняя меня в жар.

– Кона Эрфолка. Я, как её супруг, сражусь за неё, – Холгер выступил передо мной, словно пытаясь защитить от взгляда императора.