— Считается не слишком опасной, — поправился он. — Обычно крысаки селятся где-то… в подвалах вот. Или в пещеры обживают. Они от крыс происходят.

— Заметно. В городе крыс хватало.

Ричард не мог отделаться от ощущение, что это — одно существо, просто разделившееся по недоразумению на малые части. И теперь части эти спешили снова слиться воедино. А потому слева, и справа, и сзади их окружала кипящая живая масса.

— Как их…

— Обычно. Сталью. Или огнем.

— Огня бы неплохо, — заметил дэр Гроббе, глядя куда-то поверх головы Ричарда. А попугай в кои-то веки промолчал. Он замер, раскрыв клюв от удивления, и только хохолок слегка подрагивал.

— Они… не нападают, если видят, что добыча слишком сильна, — зачем-то сказал Ричард и сделал шаг. Море крысаков шелохнулась. — Сомкнуть ряды. Щиты поднять. Идем…

Он все-таки пропустил момент, когда под ноги шмыгнула мелкая юркая тварь. И захрустела под чьим-то весом. Издав тонкий писк, крысак скончался.

И… море качнулось.

Показалось вдруг, что оно отступит. Ричард даже почти успел убедить себя. Крысаки ведь умные. Сообразительные. Не станут…

Море отползло, а потом поднялось сизо-черной волной. Хрипящей.

Вопящей.

— Бей! — заорал кто-то, опуская клинок.

А кровь нежити пахла отчего-то свежескошенною травой, что было категорически неправильно. Додумать Ричард не успел.

— Круг!

Круг щитов. И клинки работают, рассекая уродливых тварей. И кровь, зеленая, яркая, льется на камни… а море снова и снова катит волны.

Одну за другой.

Одну…

— Ричард! — рев Лассара пробивается сквозь визги и хрипы. — Назад!

Его выдергивают, втаскивают в кольцо.