Светлый фон

Должно.

Туман…

И сила. Теперь она видит, как сплетаются воедино… красный и зеленый, и еще огненный… золотой. Синий. Все вместе. Сила течет. Летиция чувствует её биение. И биение своего сердца.

Не только своего.

— Свобода, — губы сами произносят слово. — Волей своей… я отпускаю вас… всех вас… на свободу.

Сила, которая стекала, мешаясь с кровью, падала на древние камни, пробуждается. Она создает кольцо, а кольцо растекается… и касается тумана.

Ничего не происходит.

Целое мгновенье ничего не происходит… и Летиция ошиблась? Решила, что знает, что… а потом туман становится светом.

И света становится так много.

Слишком много, чтобы выдержать. И наверное, она бы в страхе отскочила, забрала бы руку, но кровь и сила не позволили. Сплели. Связали. И…

— Щит! — крик Мудрославы доносится сквозь обжигающий, ослепительно белый свет. А следом перед Летицией вырастает золотая стена.

— Охренеть! — в голосе Яра искренний восторг. — У меня получилось.

У него получилось.

И… и у Летиции тоже.

Кажется.

А в следующее мгновенье волна силы, качнувшись, покатилась по площади.

Глава 35 В которой подданные приветствуют Императора

Глава 35 В которой подданные приветствуют Императора

«И собрал тогда он рыцарей, и молвил так: «Вот люди, достойнешие из достойных, силой своей заслужившие добрую славу. Так кому править, как не им? Да не будет отныне власти, высшей, нежели власть Совета!» И по слову его внесли в залу стол невиданный, круглый, а к столу — двенадцать стульев, красной тканью обитых, дабы каждый из рыцарей получил свое место. Так и стали с тех пор править, равные пред людьми и богами…» Легенда о древнем короле Артаре и его сказочной стране.

«И собрал тогда он рыцарей, и молвил так: «Вот люди, достойнешие из достойных, силой своей заслужившие добрую славу. Так кому править, как не им? Да не будет отныне власти, высшей, нежели власть Совета!» И по слову его внесли в залу стол невиданный, круглый, а к столу — двенадцать стульев, красной тканью обитых, дабы каждый из рыцарей получил свое место. Так и стали с тех пор править, равные пред людьми и богами…»