— Хрень это все.

— Не выражайся.

— Я не выражаюсь. Я выражаю свое отношение. И частное мнение, — он выпустил руку. — Нам показали то, чего мы хотим…

— Замуж? — уточнила Ариция, которая вот точно подобного желания не ощущала. — Серьезно?

— Мне всегда было душно во дворце, — признался государь всея Вироссы. — Все-то по правилам, все-то… заседания Думы эти бесконечные. Отчеты, доклады… кто-то опять в казну руки запустил, кто-то письма пишет, к бунту подстрекая, кто-то еще чего удумал. А ты сиди и разбирайся, то ли казнить, то ли просто плюнуть. То ли дело… а тебе это нравилось.

Мудрослава покраснела и густо.

— Да ладно. Ты и вправду была бы более толковым правителем.

— Меня не примут, — тихо сказала она. — Саму по себе. Там, во сне, я собиралась выйти замуж…

— За кого?

— Не знаю.

— Это как?

— Смутное такое… ощущение, что вроде бы человек хороший и даже, наверное, его люблю. И Дума одобряет. Что я буду государыней, а еще продолжу род…

— Тебе просто никто особо не нравится, — Летиция быстро отерла лицо руками. — Поэтому и образ получился размытым. Это не будущее. Это…

— Вероятность будущего? — Мудрослава отвела взгляд. Но брат молча обнял её и сказал:

— Брось, Славка. Не дури. Не хватало еще, чтоб мы из-за такой ерунды поругались… хочешь, и вправду отдам тебе эту корону. Будешь ты в Думе жопу отсиживать.

— Только попробуй! — Мудрослава ткнула его в бок кулачком и поморщилась. — Твердый…

— Может, и вероятность, — Брунгильда скривилась и показалось, что еще немного и она разрыдается. — Да только… слишком уж она правильная. Каждому своя. Так что соглашусь, нам показали наши желания. Устремления. То, что сделает нас счастливыми.

— Осталось понять, зачем.

— А гадать не след… чтобы мы убили демона, — Брунгильда наклонилась и подняла секиру. — А значит…

— Убивать нельзя, — договорил за неё Яр. — Тогда что с ним делать-то?