Я замерла, держа пирожное, и попыталась вспомнить лицо, которое видела с другой стороны стекла.

– Самую малость, – ответила я и потянулась к чашке. – В тот момент я не слишком думала об этом, простите.

– Но запомнили, что у нее разные глаза? – Антея наклонила голову к плечу.

– Это сложно не заметить, если стоять нос к носу с кем-то.

– Разные – по форме или по цвету?

– По цвету, – я почувствовала в ее голосе что-то, напоминающее насмешку – какая вы несообразительная, леди Лидделл! – и отпила из чашки, чтобы получить возможность на время помолчать.

Чай оказался холодным.

Не знаю, успел он остыть за то время, пока меня ждали, или это был какой-то фокус, потому что мне пару секунд назад казалось, что фарфор согревал мои пальцы. Я подняла удивленный взгляд на Антею.

– Чай остыл? – спросила она с кошачьей мягкостью. – Досадно, моя дорогая. Попробуешь согреть его сама?

Я не сразу поняла, о чем она.

– В смысле, магией?

Антея пожала плечами:

– Можешь засунуть чайник в камин, конечно. Но у нас с тобой, кажется, сегодня должен был быть урок, ведь так?

Она вытянула босые ноги вперед, лениво потягиваясь, наслаждаясь и утром, и моей растерянностью, и всей этой игрой.

Я обхватила чашку ладонями и посмотрела в нее. Несколько мелких чаинок плавало на дне, как песчинки. Чай покачивался, по его поверхности шла легкая рябь: у меня тряслись руки.

Я вздохнула.

Магия вызывала у меня оторопь. Пока я сидела над книгами, изучая непонятную, путаную теорию, магия была почти привлекательной. Волшебство в руках Кондора, рассказы Присциллы, легенды и тайны вокруг Галендора – все это не теряло очарования даже после того, как я увидела жестокую Изнанку мира и то, что обитает в ней.

Но моя воля робела там, где я должна была ее применять, и каждый раз я останавливалась перед собственной магией, как трусливая идиотка. Замирала, вжимая голову в плечи.

– Слишком хорошие ученицы, леди Лидделл, боятся сделать что-то неправильно, – мягкий голос Антеи коснулся слуха, как теплый ветер касается кожи. – Но мы работаем с явлением, природа которого не предполагает неправильного как концепции. Ни магия, ни жизнь не похожи на задачу в школьной книге. Их нельзя сделать правильно. В них вы принимаете решения и отвечаете за последствия.

Я вздрогнула.