Сейчас, оказавшись на поляне, и увидев нас, мужчина остановился, и, тяжело дыша, старался придти в себя. Спустя несколько мгновений на его лице появилось изумление — кажется, он не может поверить, что перед ним находятся именно те, на поиски кого он и приехал в эти места.

— О Боги, велика ваша милость!.. — наконец выдохнул он. — Вы привели меня к тем, кого я так давно ищу!

Ну, тебе-то, храмовник, может и повезло, а вот нам — точно нет. И принесла же тебя сюда нелегкая! Мужчине лет тридцать, высокий, подтянутый, широкие плечи… И что это здоровяк забыл в храме? Лучше б делом каким полезным занялся… Впрочем, этот человек один, а нас четверо — как-нибудь справимся!

— От кого это ты так дал деру?.. — поинтересовался Эж. Как видно, он тоже еще не знал, что делать дальше, и потому спросил едва ли не первое, что пришло ему в голову.

— Это ужасное чудовище с шестью лапами, присланное сюда за людские грехи… — церковник все еще не мог придти в себя, но можно не сомневаться, что так легко он от нас не отстанет. — Оно разорвало трех моих спутников… Мне удалось уйти чудом, но я не уверен, что этот нечистый зверь не направился следом за мной…

— Речь, как я понимаю, идет о хуурхе?

— Да! Впрочем, совсем не важно, как называют это мерзкое создание, олицетворяющее людские пороки и прегрешения! Пусть его судьбу решат Небеса — они, в своей бесконечной милости, рано или поздно, вернут его туда, откуда он пришел в эти места… — мужчина вновь обвел нас взглядом, и продолжил более спокойным голосом. — Сейчас речь о вас, грешники. Если хотите, чтоб вам сошел с рук дерзкий побег, то вы все безропотно пойдете за мной. В этом случае наказание за бегство не будет очень суровым, и ваше будущее спасение — только в покорности и послушании, а иначе… В противном случае пеняйте на себя.

В голосе священника была такая уверенность, что мне стало ясно — этот человек убежден в том, что мы ему подчинимся. Странно: казалось бы, численный перевес на нашей стороне, но священник не сомневается в своих силах.

— Шел бы ты своей дорогой, пока мы добрые… — посоветовал Эж. — А еще лучше — бежал отсюда со всех ног, а не как бы хуурх, и верно, не пошел по твоим следам. Давай разойдемся по-хорошему. Поверь — так будет лучше для всех. Мы не видели тебя, ты не видел нас…

Мужчина вновь оглядел нас, вздохнул, а вдруг едва уловимым движением оказался подле Лидии, причем все это произошло так быстро, словно церковник не сделал несколько шагов по направлению к стоящей девушке, а будто перетек с места на место. Но куда хуже то, что одной рукой храмовник прижал Лидию к себе, а вторую руку с ножом приставил к ее горлу.