Мой шрам… Старые мысли страха и неуверенности стали наползать на меня настоящей лавиной, пытаясь утопить радость. И хотя мы вместе провели ночь, тогда Леонард был очень пьян, а пьяный многого не замечает. А сейчас, при свете дня, он так близок к моему изуродованному лицу…

Его молниеносный поцелуй настиг меня так внезапно, что я на несколько мгновений замерла, лихорадочно соображая, что же это значит. Это значило, что он помнит! Все помнит!!!

Мое лицо начала заливать краска смущения, но его поцелуй становился все более смелым, все более глубоким, и меня понесло. Я обвила его шею руками и закрыла глаза.

Ну что же снова безо всяких объяснений???

Что он знает? Что он помнит??? А вдруг он сейчас целует меня, как парня? Ведь это случилось однажды тогда, перед магическими испытаниями…

Как все запутано! Знать бы, что у него в голове на самом деле!..

***

Принц Леонард

У меня в голове был полнейший кавардак!

Я до сих пор не был уверен, что мне приснилось, а что было правдой. Но я точно знал одно: я люблю Эла! Безумно, неистово люблю!

Нет, наша близость не могла мне присниться: я помню эти губы, эти поцелуи – они были такими же! Эл – женщина! Но я все же должен об этом спросить…

Но отлепиться от него (от нее?) я не мог. Пальцы скользили по его лицу, поглаживали шею. Такая тонкая шея! Действительно как у девушки! Почему я раньше так остро этого не замечал? А кожа Эла, несмотря на шрам, мягкая и бархатистая. А эти губы – мягкие и податливые! Я мог бы списать отсутствие щетины на русалочье происхождение, но… я думаю, что он – просто женщина!

Я сдернул заколку с его волос, и черные локоны рассыпались прямо на мои ладони. Ароматные и нежные, как шелк!

…Громкий стук в дверь ворвался в наши ласки подобно скоропостижной буре. Волшебство момента мгновенно рассыпалось, и Эл, вздрогнув, отстранился от меня. Смутился, сильно покраснел, а потом стремительно отвернулся. Я невольно усмехнулся его стыдливости, а внутри меня разлилось умиление и тепло.

Однако мгновенно настигла и досада на того, кто так некстати нас прервал.

- Я занят! – крикнул я грубо, но до тошноты противный голос Энрико Буша – отцовского секретаря - монотонно пропел:

- Ваше Высочество! Я обязан сообщить вам, что приготовления к бракосочетанию начнутся уже завтра, и вы обязаны будете присутствовать при выборе вашего костюма…

Я вздрогнул и мгновенно обернулся к Элу. Как только я увидел его в коридоре – живого и здорового – я мгновенно обо всем забыл: и об отвратительном навязанном браке, и о связанных с ним проблемами…