– Нет! Вы же прекрасно знаете, миледи, я не пою эту песню для чужих. Здесь слишком много людей.

– Но я хочу именно её услышать! – не унималась Лиэлид. – Мне она так нравится! Она способна растопить вечный лёд моего сердца.

– Что за капризы? Значит, вы всё ещё злитесь на меня?

– Ничего подобного! Я просто, в самом деле, люблю эту балладу. И не вижу ничего дурного в том, чтобы показать всем, что и вам, суровому Герою Битвы при Эсендаре, свойственны обычные человеческие эмоции. Пусть они узнают, чем можно растопить вечный лёд вашего сердца!

– Не смей, Лиэлид, я не стану петь! – холодно проронил Кайл, впервые за вечер обратившись к хозяйке дома на «ты».

– В самом деле, моя дорогая, – беря её под руку, негромко сказал Далард, – это не слишком подходящая песня для праздника. Пусть будет что-нибудь повеселее.

– Тёмные времена требуют печальных песен, не так ли? – пожала плечами златокудрая владетельница Жемчужных Садов. – Ладно, довольно хмуриться! Мы ведь заключили мир…

– Я уже не верю этому, – качнул головой Кайл. – К вам не стоит поворачиваться спиной, моя госпожа. Вы подобны опаснейшему из хищников – ронранейяку – даже побеждённый он может кинуться из последних сил и прикончить своего врага.

– Хорошо, хорошо, – махнула рукой Лиэлид. – Баллада на ваш выбор, милорд Кайл. Пойду, объявлю ваш выход, мой друг.

С лучезарной улыбкой хозяйка замка удалилась, направляясь к музыкантам и Деандру, суетившемуся подле них.

– Что на вас нашло? – возмущённо поинтересовался Первый рыцарь короля, едва она отошла немного.

– Спроси об этом свою ненаглядную! Не я это начал. Почему она цепляется ко мне?

– Мог бы не спорить. Уступить порой много проще. Она ведь женщина и хозяйка бала. Ей положено быть немного взбалмошной. Разве это невозможно простить? Видишь, она уже пожалела о затеянной ссоре и не знает теперь, как найти способ примирения. Помоги ей, прошу!

– Я постараюсь, – пообещал синеглазый полукровка.

– Как там под Креораном? Тяжело пришлось? Жарко, наверное, было? – перевёл тему Далард, с видом человека понимающего, о чём спрашивает.

– Как всегда, – сухо отозвался Северянин. – Рона из Хиклана, помнишь?

– Рона? Длиннорукого? Такого забудешь! Славный парень!