— Спасибо за поздравления, — ответила Ласла, и грациозно села во главе стола. — Присаживайтесь, господа. Начнем наше заседание.

Все кроме меня сели — я-то уже сидел. Попробуй постой с больной спиной и еле-еле шевелящимися ногами. Увы, мое состояние с момента снятия проклятия с Ласлы никак не изменилось. Не ухудшилось, слава свету, но и не улучшилось.

Первый час мы активно решали внутренние проблемы графств и центра, но в конце-концов закончили. С кухни пришло несколько мышек, они притащили закуски на больших серебряных подносах, и за едой потек уже совсем другой разговор.

— Как дела с летучим газом? — спросил первым граф Шенорк, вытряхивая из бороды крошки. — Нам все еще никто не верит?

— Да, все без изменений, — раздраженно отмахнулась Ласла, отпив поданного ей чаю. — Это какой-то маразм, господа! Хорошо, что мы пока не стремимся торговать кристаллами. Сколько уже прошло? Года два? А кета до сих пор считает, что мы каким-то немыслимым образом обдираем магов или вытягиваем магию прямо с водного плана. Или что мы нашли клад, зарытый предками во времена магического рабства. А королевская сокровищница перегружена кристаллами. И это при всего одной мельнице!

— Наверное дело все же в мельнице, — хмыкнул восточный граф Шук.

— Но должны же быть пределы предрассудкам, — возмутилась Ласла. — Мы буквально хватаем шпионов за шкирку и тащим их смотреть на эту самую мельницу. Но, посмотрев, они отчего-то только еще больше убеждаются в том, что мы блефуем.

— Просто правда не укладывается в их систему мира, — покачал головой я. — А что до предрассудков, связанных с мельницей Гила… я не понимаю, почему бы нам не избавиться от них? Может, если вся кета увидит, что мы накормили прожорливую мельницу, совершили невозможное, то они наконец откроют глаза?

На меня уставились как на сумасшедшего, и я от этого подавился водой. Альти, которая давно стала моим секретарем, милостиво похлопала меня по спине. Откашлявшись и утерев выступившие на глазах слезы, я осипшим голосом продолжал:

— Ну а что, у меня есть план.

— Очередной безумный план? — осведомилась Ласла.

— Так точно, — улыбнулся ей я.

— Излагайте, сонор Рыбуш, — благодушно попросил меня граф Порк. — Все во внимании.

Я вздохнул. Ну да, я сменил фамилию. Это было необходимо, так как я отрекся от титула принца и стал графом, не мог я оставаться Розалиндом. Дома у меня была фамилия Рыбушкин… ну я и укоротил ее на местный манер. Кая долго надо мной потом потешалась. Ну и что, что «рыбуш» — это на языке Вадгарда звучит близко к их «риубуш», что переводится на наш как «нахал». А мне вот даже нравилось такое значение.