— Что такое Оскала?

— Великий Подъём, — объясняю я.

Он издаёт удивлённый звук.

— Вот это будет история, — Ашон опускает щиток и направляется к двери. — Если тебе что-нибудь понадобится, я буду снаружи.

Причина моего беспокойства становится понятной.

— Ты же не собираешься разыгрывать меня? — обращаюсь к нему я.

— Тебя, нет, — уклончиво говорит он.

Я подхожу к Оландону, укрываю его мехами и тихо смеюсь. Несколько розыгрышей могут быть как раз тем, что нужно моему брату.

ГЛАВА 24

Проходит ещё неделя, прежде чем Оландон может ненадолго выходить из комнаты. Грета приносит ему свежую одежду. Кажется, она заинтересовалась им, хотя мой брат, похоже, немного напуган её смелым поведением. Фиона находит это уморительным.

— У меня не было карты, — говорит Оландон, когда мы спускаемся в тренировочный двор.

Когда я впервые упомянула тренировочный двор, я увидела первый проблеск интереса в глазах моего брата с момента его прибытия.

Я засовываю концы вуали под тунику, когда Ашон распахивает дверь и вокруг нас поднимается ветер. Оландон одет в длинный меховой плащ, который Брумы обычно носят в глубинах Третьего Сектора. Он всё ещё дрожит в нём. Я же одета только в тунику с короткими рукавами и почти не чувствую холода. Теперь я закалённая Брума, я улыбаюсь.

— Да, я знаю, — говорю я. А потом плотину прорывает. — Ты такой идиот! О чём ты думал?

Я звучу как Джован. Я помню, как звучит его голос, хотя мы и словом не обменялись после ночи, исповеди Ашона.

— Тебя могли убить, и я бы никогда не узнала об этом, пока не вернулась, — продолжаю я, переключая внимание на своего брата.

Я останавливаюсь на небольшом расстоянии от женщин, уже собравшихся посмотреть тренировку.