- Любимый… - прошептала я и провалилась в сон.

Очнулась я оттого, что мою щеку что-то щекотало. Мне даже захотелось смахнуть это нечто, вызывающее мурашки по всему телу. Повернув затекшую шею, я не смогла сдержать счастливой улыбки. Рядом лежал Эммет, и его взъерошенные волосы касались моего лица. Я дома… дома навсегда…

Он пошевелился и открыл сонные глаза, опушенные густыми ресницами.

- Я не сделал тебе больно?

- Нет, - шепнула я, целуя его в лоб. – Мне было приятно чувствовать тебя рядом.

- Ты не могла ничего чувствовать, обманщица, - хрипло произнес он, смеясь. – Я знаю, что такое опиум…

- Мне нравится, что мы называем, друг друга на «ты», - я посмотрела на серое небо, раскинувшееся за окном. – Пусть так и будет.

- Да, любимая. Пусть так и будет… - Эммет положил руку на мой живот. – Когда-нибудь ты родишь мне сына. А может, и не одного.

Я молчала, переполняясь невероятными ощущениями. В этот момент Лидия Говорова умерла навсегда.

Глава 77

Глава 77

Глава 77

Хмурые тучи, похожие на лохмотья нищенки, плыли по небосклону нескончаемой чередой, а вскоре пошел густой снег. Я смотрела в окно, и мне было немного грустно оттого, что много чудесных моментов проходит мимо меня. Хотелось, как в детстве, задрав голову, чувствовать на лице холодные поцелуи снежинок, кружиться вместе с ними, пока все вокруг не поплывет, а потом рухнуть в сугроб. В этот момент я почему-то вспомнила Айрис… Испорченная жизнь, загубленная злостью, ненавистью и завистью. Молодая женщина, у которой могло быть все… Любовь, радость материнства…

В ту страшную ночь она была поймана герцогом. Он уже был на полпути в Донтон, но терзаемый сильным предчувствием беды, вернулся в «Золотую рощу». Эммет вошел в двери, когда Айрис склонилась надо мной, лежащей на лестнице. После его удара она потеряла сознание, а герцог бросился ко мне. Эммет признался, что в тот момент ему показалось, будто он сам умер несколько раз.

От неприятных воспоминаний по мне пробежала волна дрожи. Нет, нужно не думать об этом. Вычеркнуть из памяти все, что причиняет боль.

Но именно в этот пасмурный предзимний день случилось то, что я запомню на всю жизнь. Пронесу по ней знаменем нашей любви, знаменем тех чувств, которые даются, увы, не всем. Не знаю, чем я заслужила такую благодать от Бога, но зато теперь я знала, за что мне его благодарить.

Все мое времяпровождение сводилось к чтению, разговорам с тетушками и подругами. Я была еще слаба, поэтому даже с девочками проводила не так много времени, как бы мне хотелось. Женщины из «Плюща и клевера» навещали меня почти каждый день, рассказывали городские новости и о том, что происходило в школе. Но сегодня почему-то никто не пришел, и даже Эммета я не видела со вчерашнего вечера.