— Как видишь, может.

— Да как он только успевает везде подгадить! — не прекращаю я возмущаться.

— Это не самое худшее…, — я перевожу взгляд на Маркуса. Он вздыхает и продолжает. — Помнишь тех вампиров в переулке? Так вот, мы перекрыли поток наркотиков к Доку, но он воспользовался своим… неистощимым запасом.

Я приподнимаю бровь, вопросительно уставившись на короля. Я не понимаю, о чем он говорит.

— А поподробнее? — Маркус колеблется. — Ты мне обещал.

— Док перестал делать из новообращенных вампиров марионеток и взялся за людей. Так быстрее. Он отлавливает всяких бродяг, алкоголиков, наркоманов, и кто его знает, кого еще.

— Что могут сделать люди вампирам?

— Он подсаживает их на свою кровь.

Я смотрю на Маркуса пару секунд, пытаясь понять, что он хочет мне сказать.

— Кровь вампира для человека — тот же наркотик, Марианна. Он выпускает их обратно на свободу, когда убеждается, что они стали зависимы. Они ищут вампиров, чтобы получить свою «дозу». Они просто становятся животными. Настоящими кровожадными монстрами. Погибло уже около десятка гражданских вампиров.

Я закрываю лицо руками, потом провожу ладонями по волосам.

— Это они тебя так…?

— Да. Мы уничтожили несколько групп, но будут и другие.

— Чего он добивается? В этом же должен быть какой-то смысл, черт возьми?!

— Смысл есть…, — я выжидающе смотрю на короля. — Он подрывает мою власть, пытается разжечь восстание.

— Кто за ним пойдет? Элита же не такая тупорылая, чтобы не понять, что нападения дело рук вампира? Люди тут лишь пешки!

— Я допустил это, Марианна. Этот факт самый важный, а количество тех, кто желает занять мое место, исчисляется десятками.

— Есть еще я!

— Ты для них…, — Маркус качает головой. Я понимаю его без слов. — Мы прекратим это, малыш. Я обещаю.

Маркус прижимает меня к себе. Я прячу лицо у него на груди. Хочу забыть все это как страшный сон.