Взгляд тут же уловил движение у лестницы. Махнув развевающимися от невидимого ветерка (на самом же деле переполняющей теперь воздух магии) юбками, женская фигура почти сразу скрылась из виду, устремившись вниз по ступенькам. Следовавшая за ней мужская, расслабленно опираясь рукой о рукоять вложенной в ножны длинной узкой сабли, резко обернулась и, зло сверкнув синими глазами, исчезла следом за своей спутницей.

Окончательно убедившись — у нас гости, уже твердо вознамерился отправиться выяснить, что им тут понадобилось, когда дверь одного из номеров осторожно приоткрылась, и в узком проеме показалось испуганное лицо сестры. Быстро сделав шаг к ней, поднес палец к своим губам, требуя молчать, а когда та, безоговорочно послушавшись, кивнула, наклонился к самому ее уху и как можно тише произнес:

— Иди к детям и глаз с них не спускай, пока она здесь. Поняла меня?

Очередной молчаливый кивок, после которого сестра тенью прокралась к номеру Алисы. Дождавшись, пока она скроется за его дверью, незамедлительно направился к лестнице.

Спустившись на второй этаж, огляделся. Увидев открытую настежь дверь своего кабинета и стоявший в проеме темный силуэт, зашагал прямиком туда.

Еще на подходе стало ясно — мужчина не собирался никуда отходить. Остановившись напротив и вызывающе глянув на перегородившего мне путь темного, холодно требовательно произнес:

— Отойди.

— А повежливее? — провокационно раздалось в ответ, прежде чем рука говорившего снова не без намека легла на белоснежную рукоять сабли, несильно ее сжав.

— Ты явился в мой дом без приглашения, смеешь угрожать мне оружием, и я ещё должен быть с тобой вежлив? Прочь с дороги. И не зли меня. Тебе не хуже моего известно — я и без всех этих игрушек с тобой справлюсь.

— Так в этом уверен? — самодовольно раздалось в ответ.

— Мальчики, мальчики. Довольно ссориться. Сэммуэль, пропусти его, закрой дверь с той стороны и позаботься, чтобы нас никто не побеспокоил, — раздалось из кабинета хоть и певучим, но властным голосом.

— Место и… сидеть, — зло улыбнувшись, произнес, не сдержав сарказма, когда стоявший у меня на дороге темный, еще больше нахмурившись, таки отошел в сторону. Больше не обращая внимания на гневные всполохи в переполненных неприкрытой ненавистью глазах, вошел в собственный кабинет и сам закрыл за собой дверь. Уже найдя глазами ту, ради которой сюда явился, сжал кулаки и опустился на одно колено. Опершись о него рукой и, покорно склонив голову, произнес:

— Рад приветствовать вас, моя королева.

Ответом мне стал звонкий, заливистый смех. Отчего так веселилась темная, восседавшая, словно на троне, в моем кресле, мне еще только предстояло выяснить. Как и то, зачем она сюда явилась. Внутреннее чутье подсказывало — ничего хорошего ее визит не обещал. Как для меня, так и для Алисы.