— Кто ты и что тебе нужно здесь? — повторила вопрос чародейка.

— Я-я… — рассеянно пробормотала незнакомка. — Я искала чёрную лошадь… — она вновь потянула носом, присматриваясь к Дженне, поморщилась, будто услышала неприятный запах. — И тебя… — Когда её взгляд упал на Гьюзайлин, девушка улыбнулась широкой счастливой улыбкой: — …Я нашла вас обеих!

— И зачем мы тебе? — поинтересовалась Дженна. — Мы знакомы?

— Мы… — обиженно скривилась девушка. — Я умирала… Умирала, привязанная к столбу… вместе с моими братьями и сёстрами… А ты была рядом — и не помнишь меня?

— К столбу? Ты была в Нороэше? — догадалась чародейка. — Ты выжила? Быть этого не может! Никто не выжил…

— Ты выжила, и я выжила, — пояснила незнакомка, прижав руку к груди. — Я хотела умереть. Я думала, что принесу добро. Но ты, — в её глазах полыхнул гнев, сухощавые пальцы сжались на груди в кулак, — сделала мою смерть бессмысленной… И мне пришлось жить…

Сменившийся ветер пахнул Дженне в лицо, принеся с собой едва уловимый знакомый запах… Это был затхлый болотный смрад, лишающий силы, сковывающий мышцы… Смрад, который источал плотоядный белый туман.

— Кто ты? — с тревогой повторила Дженна, прислушиваясь к витали незнакомки. — Неужели ты… живой труп? Ты кадавер?

— …Уходи, девочка, — в последний раз произнесла стоящая за плечом у чародейки хранительница. — Это не призрак и не мертвец… Это пустая оболочка… Это ничто…

— Я? — усмехнулась безымянная девушка. — Я… твоя судьба.

Она медленно разжала кулак у груди. Между её пальцев блеснул металл. Это была круглая монетка с кривыми измятыми краями. Рука незнакомки оставила амулет и опустилась к поясу.

— Я кара, я месть! — крикнула она, выхватив меч из ножен.

— …Наряд мстителя ещё не делает тебя мстителем, — устало вздохнула Дженна, извлекая из тени за спиной своё оружие. — Дважды я убивала «рыцаря». И я убью тебя в третий раз, кем бы ты ни была…

Хранительница Проклятого королевства исчезла в туманах, вновь обратившись чёрной кобылой. Море волновалось, пена шипела, вгрызаясь в песок. Небо, запелёнатое тучами, темнело. На побережье медленно наступал вечер.

Сумеречная лиса, носившая многие имена, и девушка без имени сошлись. Они атаковали одновременно. Их мечи встретились, застонали. Первый удар, будто звон траурного колокола, прокатился по побережью. Смертельная пляска началась.

Что могла сделать монахиня, забывшая себя, вооружённая коротким клинком вингенса, против наученной бою чародейки с волшебным оружием в руках? Однако поглощённые ею воспоминания стоили немало, а сила, с которой била Безымянная, была почти равносильна удару Кемнэбу.