— Свою жизнь я посвятил своему Дому лишь потому, что с гибелью Латы растерял все жизненные ценности. Я загружал себя делами, чтобы не разбираться с тем, как и почему я ее потерял. Барек страдал из-за того, что я не мог видеть изображения Латы, отказывался говорить о ней и никому не позволял произносить при мне ее имя. Как я мог так поступать с собственным сыном, Уилл? С сыном Латы?

— Ты был молод, Джотэм. Моложе, чем сейчас Барек. А тебе пришлось столкнуться с непомерной ответственностью.

— Это очень вежливое и разумное объяснение, но правда в том, что я уподобился своему отцу. Я ставил свои служебные обязанности выше интересов тех, кого любил. Я делал это и по отношению к Лате. Если бы я не тратил уйму времени, доказывая, что заслужил и соответствую своему положению, то наверняка бы понял, ради чего стоит жить. Я не собираюсь снова повторять ту же ошибку.

— С Джасиндой.

— Да. Я люблю ее, Уилл. И хочу быть с ней… по-настоящему быть с ней… а не просто сидеть за одним столом на трапезах, которые постоянно кто-то прерывает.

— Джасинда бы тебя поняла, Джотэм.

— Разумеется, но она твердо заявила, что на такую жизнь не согласна, — увидев, как глаза Уилла округлились от шока, Джотэм усмехнулся. — О, она прекрасно понимает, что в жизни всякое случается, но не согласна, чтобы это было нормой. Ты знаешь, что эта вечерняя трапеза с вами для меня была первой, когда мне позволили спокойно поесть?

— Мы запретили прерывать наши трапезы, если это не вопрос жизни и смерти. Кассандра настаивает, чтобы у нас было строго регламентированное время, посвященное только нашей семье. Если мы это проигнорируем, то потеряем родственную связь.

— Кассандра очень умная женщина. Мне потребовалось почти шестьдесят циклов, чтобы понять это. Я не собираюсь терять Джасинду, как потерял Лату. И наконец-то восстановлю нормальные отношения с Бареком. Я решил открыто поговорить с ним о его матери. О его жизни. О том, каким он видит свое будущее и с кем, возможно, захочет его разделить.

— А если эта женщина не из Дома Защиты? — не удержавшись, спросил Уилл.

— Тогда я, передав ему корону, уйду в отставку. А он сможет выбрать, кого захочет.

— Джотэм! — Уилл был потрясен: в истории Кариниана не было ничего подобного!

— Наш мир меняется, Уильям. Сыновья, рожденные в Доме Знания, носят родимые пятна Дома Защиты. А будущая королева, возможно, будет править обоими Домами. Нам предстоит слияние Домов, Уилл. Вы с Кассандрой первые, но не думаю, что последние.

Уильям мгновение молчал, глядя на своего друга и короля.

— Я прикажу немедленно подготовить и передать приказ, — сказал он. — Думаю, Барек свяжется с тобой еще до восхода первого солнца.